Полная версия Тех. поддержка Горячее Лучшее Новое Сообщества
Войти
Ностальгия Тесты Солянка Авто Демотиваторы Фото Открытки Анекдоты Видео Гифки Антифишки Девушки Кино Футбол Истории Солянка для майдана Ад'ок Еда Кубики Военное Книги Спорт Наука Игры Путешествия Лица проекта Юмор Селфи для фишек Факты FAQ Животные Закрыли доступ? Предложения проекту Реклама на фишках

Света

7lavin
23 декабря 2014 14:04
Бывает, общаешься с приятелем, и вдруг понимаешь, какая он мразь. А следом приходит мысль, неприятная мысль о себе самом: скажи мне, кто твой друг. Мой друг оказался настоящим подонком.



Мы были молоды, оба не старше четырнадцати лет. Молоды, наивны и крайне жестоки. Но тогда я этого ещё не понимал. Я думал, что уж я-то, я, конечно, человек хороший, не то, что некоторые. А потом Серёга рассказал мне про Свету.



Мы сидели с ним на скамейке в парке и пили дешёвое пиво из пластиковых стаканчиков. Слишком часто доставали сигареты из пачки, купленной на двоих. Ждали, когда остальные ребята подтянутся и трепались о девчонках со школы.

- …по очереди, - произнёс Серёга, выдыхая из себя сизое колечко. Я до сих пор помню его ухмылку, довольную и немного надменную.

- Чё, прям со всеми? - я ушам своим поверить не мог. Света – девочка из неблагополучной семьи, но это же не одно и то же, что шалава.

- Я ж тебе говорю, по о-че-ре-ди. А потом прям со всеми сразу. Но сначала отсосала каждому.

- Ты гонишь, чувак!

- Не хочешь – не верь. Я был там и говорю, что видел.

- Ты там был?!

- Ну а с чего бы мне об этом рассказывать?

- Офигеть. Никогда про Свету такого не подумал.

- Да-а-а. Она умеет порадовать, - Серёга продолжал улыбаться как будто задумчиво, как будто он знал о жизни больше остальных.

- Да я не об этом. Просто я не думал, что она согласится на такое.

И тогда Серёга сказал то, что стало началом моих мучений. Он сказал это, не меняя выражения лица. С этой долбанной ухмылочкой.

- А она не сразу и согласилась.



Я родом из мира, где в ходу были блатные понятия. Пацаны подражали киношным и даже книжным героям криминальных историй. Но отнюдь не бравые сотрудники правоохранительных органов становились для нас ролевой моделью. Бандиты – вот, кто казался нам эталоном. Уверен, и сейчас существенно немногое поменялось, ведь именно дурной пример заразителен. Кого в этом винить, я не знаю, но на всякий случай предлагаю оградить детей от компьютерных игр. Правда, тогда ни у меня, ни у Серёги компьютера не было.



Так вот, Серега объяснил мне, что значит Света не сразу согласилась и как она всё-таки согласилась после. Их было пятеро, у одного родители куда-то уехали и квартира, считай, была свободна. Они набрали бухла и, пока шли до дома, встретили Свету. Она согласилась составить им компанию.

Через пару часов, опьянённые парни захотели развлечься. Они и так, и этак намекали Свете, что ей следовало бы отблагодарить ребят за угощения. Кончилось всё тем, что товарищ Серёги ударил её по лицу и задал простой вопрос:

- Будешь трахаться или нет?



Сколько раз это повторилось, Серёга не сказал, а я уточнять не пожелал. Мне и так всё было ясно.

- Это же… - я немного замялся, - это же получается, вы её… изнасиловали.

К слову, о блатных понятиях, согласно которым, изнасилование – есть косяк. Серёга и его товарищи, приверженцы тех самых блатных понятий, вины за собой не чувствовали. Потому что…

- Да ну, чувак, брось. Она ж сама согласилась.

Вот так. В этот момент я понял, что мой друг – мразь. И общаться с ним мне расхотелось. И пить пиво из одной полторашки, и тянуть сигареты из одной пачки, и сидеть на одной скамейке – мне расхотелось. И, что вы думаете, я сделал?

Я отхлебнул пивка, сделал затяжку и пробормотал:

- Ну дела-а… как-то это не очень…

Вот и весь мой протест, пожалуй.



История, которую мне поведал Серёга, очень скоро стала известна каждому в школе и за её пределами. Но не потому что Света подала заявление в милицию. Не-е-ет. Она и не подавала никакого заявления. Она даже директору не пожаловалась. Зато Серёга и его друзья, к коим я себя причислять перестал, рассказывали о произошедшем на каждом углу. Не стесняясь, с подробностями, при чём со всё новыми подробностями.

Света стала изгоем. Заговорить с ней означало вымазаться в том, в чём запачкали её. Изнасилование – одно из тех преступлений, за которое стыдно жертве. Ограбленного пожалеют. Избитому помогут. Изнасилованной… к сочувствию примешается презрение.



И вот второй акт моего протеста. На всеобщем школьном застолье по поводу окончания учебного года, я увидел, как две мои одноклассницы насмехаются над Светой. Ведь она «брала в рот», и ей полагается отдельный стаканчик. Какое всё-таки унизительное… суеверие, что ли. Я сел рядом со Светой, и, посмотрев на девчонок, демонстративно отпил из её стакана. Девки сморщились, но сказать что-либо не посмели. Пацаны тоже встревать не решились.



Никаких наездов не последовало, только Серёга сказал как-то:

- Зря ты за шалаву впрягаешься?

Я был очень горд, тем что впрягаюсь. Но будь во мне хоть капли от того человека, которым я себя мнил, я вмазал Серёге по башке за то, что он назвал Свету шалавой. Вместо этого, я ответил:

- Не твоё дело.

Такой вот герой.



А Света ухватилась за меня как за соломинку. Учиться предстояло ещё год, и этот год я был единственным, кто с ней общался в школе. Меня, если честно, её компания тяготила. У нас были совершенно разные интересы, и разговоры с ней я поддерживал из вежливости. Впрочем, она была достаточно умна для того, чтобы понять это.

- Ты извини, что я тебя так достаю, - с робкой улыбкой на лице сказала она. – Просто иногда… иногда так одиноко бывает, а хочется выговориться. В школе со мной никто и знаться не желает. А дома… дома мать. Но собеседник из неё, если честно, не очень.

- Почему?

- Ну, не знаю. Стоит ей что-нибудь сказать такое, и она тут же начинает нервничать.

- Она же твоя мама. Как ей по-другому?

- Да, но… иногда мне нужна не её забота или её совет, а просто… допустим, я захочу сделать татуировка, и скажу об этом ей. Она тут же крик поднимет.

- Ты хочешь сделать татуировку?

- Да нет же, это я просто для примера сказала. Или захочу пирсинг сделать, она начинает волноваться злиться. Или например…

- Например, пятеро парней заставят тебя заниматься с ними сексом?

Света прикусила губу и посмотрела на меня виновато.

- Поэтому ты ей ничего не сказала? – спросил я. – Боялась, что она разозлится.

- И это тоже. Потом она подняла бы шум, в милицию бы пошла и все бы узнали…

- Но и всё так узнали, Света!

Пока она думала, что ответить, я вспомнил про кое-что ещё, что волновало меня.

- Зачем ты вообще с ними пошла в ту квартиру? Зачем?

- Я… я не думала, что случится что-то плохое. Да, я дура! Но… я же не могла знать, что… что…



Света не смогла договорить. Она рыдала у меня на плече, а я думал о том, что она, пожалуй, права. Разве человек обязан ждать подлости? Разве обязан бояться всего и вся? Оказалось, что да. Мы все понимаем это рано или поздно, и каждый платит за этот урок своею ценой. Мы долго ещё так просидели в обнимку, пока Света не успокоилась, наконец. Потом я проводил её до дома. Она хотела поцеловать меня на прощание, но я отвернулся.

- Извини, - сказали мы оба одновременно. И одновременно засмеялись. Обняли друг друга ещё раз и она ушла.

Иногда я думаю, как изменилась бы моя жизнь, если бы я ответил на тот поцелуй. И изменилась бы вообще?



Через год я и Света подали документы в один институт, без проблем сдали вступительные экзамены и уехали из города. С тех пор прошло уже больше десятка лет, но я всё отчетливо помню тот разговор с Серёгой. Неприятно вдруг осознавать, что ты хуже, чем кажешься самому себе. Неприятно, но полезно.

Иногда Света говорит мне, что я спас её. Говорит, что я её принц. И я думаю в такие минуты о том, как виноват перед ней. Как же я виноват.

Канал Fishki.net в Telegram

Понравился пост? Поддержи Фишки, нажми:
45988
174
772
78
А что вы думаете об этом?
Показать 201 комментарий
Самые фишки на Фишках