Полная версия Тех. поддержка Горячее Лучшее Новое Сообщества
Войти
Ностальгия Тесты Солянка Авто Демотиваторы Фото Открытки Анекдоты Видео Гифки Девушки Антифишки Кино Футбол Истории Солянка для майдана Ад'ок Еда Кубики Военное Книги Спорт Наука Игры Путешествия Лица проекта Юмор Селфи для фишек Факты FAQ Животные Закрыли доступ? Предложения проекту Фишкины серверы CS:GO

Боестолкновение (5 фото)

Алекс
24 ноября 2015 13:21
Боевое охранение базового района, куда прибыла «Русь» и где сосредоточился сводный отряд спецназа, осуществлял 108-й парашютно-десантный полк. На месте «русичи» разбили лагерь, наладили взаимодействие с отрядом ГРУ. Именно здесь началось боевое слаживание тех подразделений, которые вскоре должны были начать активные действия в горах.

Длилось оно около 10 дней, люди привыкали друг к другу, отрабатывали в ходе многочисленных тренировок тактику совместных действий, уточняли порядок выхода в эфир, оговаривали наиболее важные моменты предстоящих операций. В «Руси» для действий в горах были созданы три боевые группы, которые усиливались 11-12 собровцами и 5-6 бойцами спецназа Министерства юстиции.
По окончании совместных тренировок отряд приступил к действиям в районе Аллероя, Центороя, Ялхой-Мохка, Гансолчу. Задачу «Руси» ставил командир сводного отряда, офицер-армеец. Накануне в базовый район прилетал командующий Объединенной группировкой войск (сил) генерал-полковник Валерий Баранов, который, удостоверившись, что боевое слаживание подразделений спецназа завершилось, дал добро на активизацию действий сводного отряда. Командующий требовал результатов.
Однако уже на первых порах возникли серьезные трудности, которые существенно влияли на результативность действий. Не вдаваясь в причины почти полного отсутствия нужной для работы информации, заметим лишь, что без оперативных сведений, добытых на местах, действовать в горах и в горных населенных пунктах эффективно было весьма затруднительно. О скрытном выдвижении к тому или иному селу говорить не приходилось — местные жители, в большинстве своем поддерживающие бандгруппы, в которых находилось значительное количество местных мужчин, всякий раз успевали предупредить скрывавшихся в домах боевиков о приближении спецназа. Ярким подтверждением этому стала одна из первых операций с участием СОБРа. Командир сводного отряда поставил задачу собровцам выйти в указанный район и организовать засаду на горном лесном склоне. Срок операции — три дня. Стоит отметить, что милицейский спецназ никогда прежде подобными вещами не занимался, опыта засадных действий в горно-лесистой местности не имел, тем более в автономном многосуточном режиме. Буквально в первые же часы «сидения» в кустах собровцы были обнаружены местными жителями: в ста метрах от засады начинались первые дворы. Мимо бойцов жители гнали скотину на горные пастбища…
Хорошая идея, когда, опираясь на агентурные данные, мощный кулак специальных подразделений мог оперативно выдвинуться в район и задержать или ликвидировать бандита, оказалась, к сожалению, с самого начала подорванной отсутствием важнейшего компонента — собственно самой агентурной информации. Без нее мощный кулак наносил хоть и ощутимые, но малоэффективные удары, а то и попросту сотрясал воздух.
Тем не менее на первую операцию боевая группа отряда «Русь» ушла вскоре после окончания боевого слаживания. В ее задачу входило проведение разведывательно-поисковых действий в определенном районе. Срок действий — четверо суток. Понимая, что подобного отряду раньше делать не приходилось (поиск базовых районов противника в многосуточном автономном режиме — это специфическая задача, больше подходящая для армейского спецназа), командовавший в то время отрядом подполковник Дидковский самым тщательным образом подошел к подготовке уходящих в горы спецназовцев. С ними были проведены соответствующие тренировки. За подготовку группы к боевой операции отвечал имеющий значительный боевой опыт заместитель командира отряда подполковник Игорь Мишин. Вместе с группой он ушел в горы на выполнение задачи. Четверо суток спецназовцы вели поиск, пройдя в общей сложности несколько десятков километров. Свой маршрут группа отработала, однако ни лагерей, ни боевиков в районе не оказалось. Спецназовцы обнаружили лишь караванные тропы, следы бандитов, места их ночевок и дневок. 14 августа группа закончила свою миссию и прибыла в базовый район. Уже здесь, в расположении отряда, спецназовцы делились с товарищами вновь обретенным опытом. Оказалось, что, не рассчитав интенсивности и напряженности движения по горным тропам, когда температура воздуха держалась постоянно выше тридцати градусов, группа очень быстро израсходовала имеющийся запас воды. Это существенно сказалось на физических кондициях бойцов. Без воды в полной боевой выкладке было очень трудно. На третьи сутки поиска, когда ранним утром небо наконец разродилось дождем, бойцы, чтобы хоть как-то смочить горло, буквально припадали ртом к стволам деревьев, по которым текла небесная влага. Жажда могла быть серьезным испытанием…
Район, в котором предстояло действовать «Руси», был поделен на три участка — по числу созданных боевых групп. Каждый участок следовало тщательно отработать. Следом за вернувшимися с операции спецназовцами в поиск должна была уходить группа под командованием капитана Михаила Грушева. Подполковник Мишин, только-только отработавший с группой специльного назначения, после короткого отдыха, вошел в состав другой, чтобы уже с ней действовать на указанном участке.
Вечером 15 августа спецназовцы прибыли в точку высадки и, получив последние наставления, ушли вверх по лесистому склону. Район представлял собой горы, густо поросшие деревьями и кустарником. Передвигаться ночью было почти невозможно. Поэтому спецназовцы двигались днем с максимальной осторожностью, ночью отдыхали.
Поиск, проведенный группой, показал: район используется боевиками. Силами следующей группы планировалось выставить две засады на наиболее вероятных маршрутах передвижения бандгрупп. Где устраивать засады, предстояло определить по результатам поиска, проведенного днем раньше. До места запланированной засады группа Грушева не дошла несколько сотен метров. Пройдя по маршруту, спецназовцы нашли удобное место для ночевки.

В 6 утра 16 августа командир группы вышел в эфир. По его словам, все было нормально. Доклад принял связист отряда и сообщил об этом Дидковскому. В 6.10 от Грушева поступил новый доклад — группа подверглась обстрелу. Информация была тревожной, однако пока не предвещала ничего плохого. Спустя 2 минуты радист принял новое сообщение от группы: командир убит, много раненых, требуется срочная помощь!
Сумасшедшая хронология прохождения докладов, которые в течение 12 минут поменяли свою тональность с «все нормально» до «командир погиб», обрушилась, словно ушат ледяной воды. Дидковский поднял отряд по тревоге. В 6.20 две боевые группы и разведвзвод на бронетранспортерах на полной скорости умчались к предгорьям, в точку высадки группы Грушева.
Оставив технику в лесу, спецназовцы спешились и побежали вверх по склону. Еще раз связавшись с группой Грушева, на этот раз удалось получить более точную картину случившегося: в результате боестолкновения один был убит, четверо — тяжело ранены. По радиостанции просили ускорить движение, помощь требовалась как можно быстрее. Около 7 утра отряд был уже на месте, у сторожевого поста, который первым принял бой. Спецназовцы закрепились, и у прибывших появилась возможность осмотреть место боестолкновения. Выяснилось, что среди раненых оказался только один тяжелый — прапорщик Каразанфир, одна пуля попала ему в грудь, две другие — в ноги. Остальные спецназовцы, хоть и пострадали, но их ранения не представляли угрозы для жизни.
Прапорщик Александр Каразанфир, который находился в составе сторожевого поста, первым вступившего в бой, был в сознании и рассказал о случившемся.
Группа Грушева вышла на небольшую поляну в горном лесу поздним вечером. Место для ночевки выглядело вполне удачным. В зарослях, окружающих поляну, расположилось ядро боевой группы. На небольшом отдалении командир выставил сторожевые посты — по три человека.

В 6 утра капитан Грушев вышел на связь с командиром отряда, доложив о том, что ночь прошла спокойно. Сторожевой пост Каразанфира уже бодрствовал. Спецназовцы готовились к приему пищи. Развязав РД, снайпер, прислонившись спиной к дереву, доставал из него сухпай. Пулеметчик Довгаленко, после ночного дежурства отдыхал, лежа рядом с Каразанфиром.
Первым боевиков увидел снайпер ефрейтор Павел Кукарцев. На поляну в голове колонны вышел, судя по всему, проводник из местных жителей. Его ярко-красная футболка диссонировала с окружающим пространством. Следом за проводником из леса двинулась колонна боевиков. Снайпер и Каразанфир замерли, считая выходящих, казалось, прямо на них бандитов. Каразанфир решил подпустить их поближе, чтобы бить наверняка, рассчитывая, что это небольшая группа. Довгаленко проснулся, разбуженный шепотом Каразанфира. Колонна постепенно вытягивалась по тропе, которая по периметру огибала поляну. Боевики шли в полной боевой выкладке, с объемными рюкзаками, каждый третий в колонне держал на плече снаряженные РПГ-7, готовые к бою. Когда Каразанфир насчитал 12 гранатометчиков, а бандиты все продолжали и продолжали выходить из леса, он принял решение открыть огонь. Бандиты не успели увидеть сторожевой пост спецназовцев, хотя до него было не более десяти метров.
Трагическая случайность — боевики вышли на сторожевой пост в тот момент, когда командир группы капитан Грушев, отдал команду на подготовку к движению. Бойцы, привстав из-за укрытий, стали подгонять снаряжение и надевать РД. Теперь трудно сказать, почему сторожевой пост не предупредил командира по радиостанции — может, не услышал командир, может, подвела станция, кто знает? Позже выяснилось — боевики применяли те же тактические приемы, что и спецназовцы. Так же двигались днем, в похожих боевых порядках. Так же отдыхали в темное время суток. Кстати, оказалось, что ночевали они всего в 500-600 метрах от группы Грушева. Только начали движение минут на 30 раньше…
Как только со стороны поста Каразанфира прозвучали первые выстрелы, боевики развернулись в боевой порядок и открыли ответный огонь. Не видя противника, они произвели залп из гранатометов и ПК, закрывая сектор, со стороны которого по ним был открыт огонь.
Огневой контакт между сторожевым постом Каразанфира и колонной боевиков длился не более минуты. За это время Довгаленко отстрелял 60 патронов, к сожалению, после этого пулемет заклинило, Каразанфир вел огонь из автомата, снайпер сделал два выстрела из винтовки, но поняв, что не успевает прицеливаться, был вынужден бросить в сторону боевиков ручные гранаты.
Боевики, произведя залп, под прикрытием своих пулеметчиков, которые стоя, в полный рост, поливали огнем лежащую перед ними поляну, разделившись на две группы, быстро покинули место боя. Одна из групп отошла в глубь леса, унося своих раненых и убитых, а вторая попыталась обойти поляну, однако, наткнувшись на тыловой сторожевой пост и подвергнувшись обстрелу, быстро ретировалась.

Результат боестолкновения для спецназовцев был драматичным. Около 6 или 8 выстрелов из гранатомета, произведенных боевиками, прошли над Каразанфиром и разорвались в зарослях, накрыв ядро группы. Срикошетив от деревьев и кустарников, они посекли осколками тех, кто лежал в небольших ровчиках, однако их ранения были легкими. Наиболее тяжело пострадали те, кто попал под обстрел из автоматического оружия. Практически при первых же выстрелах командир группы Михаил Грушев был убит на месте, пуля попала в голову. Другой офицер, упавший в ровчик на живот, получил три касательных ранения спины. Арткорректировщика ранило в грудь, пуля, пройдя по касательной, буквально разворотила грудную клетку, разорвав кожу на ребрах. С первого взгляда ранение казалось очень тяжелым, однако впоследствии доктор определил, что это не так. Кроме этого ранены были спецназовцы из сторожевого поста, расположенного на западной окраине опушки, которые вступили в огневой контакт с обходившими поляну боевиками чуть позже. Повезло радисту: при первых звуках выстрелов он укрылся за радиостанцией, в которую попали две пули. Самое интересное при этом, что она не вышла из строя.
Боевики ушли с поляны так же внезапно, как и появились на ней. Прибывшие на помощь к своим спецназовцы оказали первую помощь товарищам. После этого у них появилась возможность осмотреть подробнее место боя. Внимание Дидковского привлекло место, где стоял пулеметчик боевиков. Все вокруг было усыпано стреляными гильзами, судя по их количеству, боевик расстрелял за минуту коробку патронов — около 100 штук. Земля, где он стоял, была разворочена — поливая огнем свой сектор, бандит буквально вкручивался ногами в каменистую почву, и надо отдать ему должное — под пулями, летевшими со стороны поста Каразанфира, не пригнулся, а продолжал стрелять стоя. На месте боя все было залито кровью, чуть в отдалении от тропы валялись многочисленные использованные медицинские пакеты, около 10 выстрелов к РПГ-7, пластиковые бутылки с водой, пулеметные ленты, рюкзаки. Раненых боевики сумели унести с собой, но было хорошо видно, что их порядкам нанесен существенный урон. Около 12.00 группа боевиков была обнаружена наблюдателями. По ней нанесли минометный удар.
Еще до возвращения на базу раненых срочно загрузили в вертолет. Александр Каразанфир, самый тяжелый среди них, все время был в сознании и держался мужественно. В госпитале ему провели несколько операций, казалось, что все страшное позади. К исходу дня в отряд пришла черная весть: Каразанфир скончался. Врачи не смогли спасти его.
Уже на базе боестолкновение, произошедшее утром 16 августа, тщательно разобрали. В сводный отряд из штаба группировки прибыли офицеры разведотдела, прилетел заместитель начальника разведуправления Главного командования внутренних войск полковник Чесноков. Дидковский подробно рассказал ему обо всех обстоятельствах случившегося. Стало ясно, что группа «Руси» оказалась на пути крупного отряда боевиков, двигавшегося по караванной тропе, активно использующейся для переброски оружия, боеприпасов, возможно, денежных средств для подпитки бандформирований. Тропа выводила к Герзельскому мосту на границе с Дагестаном и вела дальше в южные горные районы Чечни, туда, где банды имели множество укрытий, где располагались их логова, еще не уничтоженные федеральными войсками.
Дидковский, проанализировав случившееся, выступил с предложением выставить на этой тропе засаду. Вполне вероятно, что боевики не откажутся от столь удобного маршрута. Однако командир сводного отряда спецназа не поддержал этого предложения. Спустя три недели в район, где произошло боестолкновение, ушла группа спецназа ГРУ. Выйдя на ту самую поляну, разведчики установили управляемые мины, сами заняли позиции и стали ждать. Ранним утром на поляну вышел очень крупный караван. На этот раз в колонне не только двигались боевики в пешем порядке, но и шло более 20 лошадей, навьюченных оружием и снаряжением. Караван был столь большой и хорошо вооруженный, что командир группы, стоявшей в засаде, не рискнул вступить в бой.

Крупномасштабная разведывательно-поисковая операция в лесном массиве Ножай-Юртовского района с массированным привлечением сил специального назначения, а также воздушно-десантных частей и даже подразделений морской пехоты отняла много сил у всех, однако ее результаты никак нельзя было назвать впечатляющими. Крупных успехов не было.
Задача «Руси» была изменена. После боестолкновения, унесшего жизни двух спецназовцев, отряд продолжил действовать в населенных пунктах Ножай-Юртовского, Курчалоевского и Гудермесского районов.

Понравился пост? Поддержи Фишки, нажми:
315
7
6
А что вы думаете об этом?
Самые фишки на Фишках