Полная версия Тех. поддержка Горячее Лучшее Новое Сообщества
Войти
Ностальгия Тесты Солянка Авто Демотиваторы Фото Открытки Анекдоты Видео Гифки Девушки Антифишки Кино Футбол Истории Солянка для майдана Ад'ок Еда Кубики Военное Книги Спорт Наука Игры Путешествия Лица проекта Юмор Селфи для фишек Факты FAQ Животные Закрыли доступ? Предложения проекту Фишкины серверы CS:GO

Ломают прибывших из Москвы. Они попадают в пекло (5 фото)

VoV@N
04 октября 2017 10:22
Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) — ведомство, закрытое как в прямом, так и в переносном смысле. Жизнь заключенных в ее учреждениях протекает вдали от посторонних глаз за высокими заборами и стальными засовами. Но тюремные нравы и порядки тоже меняются. И порой не в лучшую сторону.

«Люди вскрывали себе животы лезвием»

У сотрудника «Фонда в защиту прав заключенных» Петра Курьянова пять судимостей. В общей сложности он отсидел около пяти лет (последний раз — в 2011 году), каждый раз сроки были небольшие, за преступления вроде подделки денег или хранение наркотиков, которые, по словам Курьянова, ему подкинули. Наказания он отбывал в колониях Саратовской области, откуда сам родом. Сегодня Петр помогает заключенным защищать их права — и хорошо знает, как менялись в последние годы нравы в местах лишения свободы. Первый срок он получил после армии.
«Действительно, я там был виноват. 90-е годы, с деньгами трудно. Мы с братом пририсовывали нули на банкнотах. Потом в магазин: дайте бутылочку шампанского и коробку конфет. Продавщица, не глядя, брала купюру и выдавала сдачу настоящими деньгами. Раз прокатило, два, три, потом понеслось. Тогда отсидел около года. Поднахватался, поднабрался», —
По его словам, в то время в Саратовской области директор Главного управления исполнения наказаний (ГУИН) МВД России Юрий Калинин запустил экспериментальную программу: в исправительных колониях были созданы секции дисциплины и правопорядка среди осужденных. Из числа активистов набирались помощники сотрудников администрации, которые следили за заключенными.
«Вот тогда в Саратовской области началась реальная мясорубка. Представьте барак на 100 человек, среди них вот эти активисты. А это же торпеды без ума, скажи "фас!", и он попер. Приходит этап, и "торпеды" начинают избивать новичков, угрожают изнасилованиями. Люди не выдерживают, были случаи, вскрывали себе животы лезвием, вываливали кишки наружу, чтоб прекратились избиения. И пишут сами на себя. Так выбивались явки с повинной за преступления, которые чувак не совершал, просто вешают висяки, кражи там разные, по 5-10 явок. Вот это делали активисты, эти красные козлы. И сразу рост раскрываемости преступлений. Это здорово, это показатели, это успехи!» — говорит Петр.
Активистов прозвали «красными козлами» за красные нарукавные повязки. Вели они себя как абсолютные хозяева жизни: валялись в койке, когда вздумается, спали днем, у них даже был свой кабинет. Администрация закрывала на происходящее глаза: тюремщики понимали, что их помощникам нужны привилегии, им мало мечты об условно-досрочном освобождении (УДО), как другим заключенным. Привилегии активистов заключались еще и в том, что узники обязательно делились с ними чем-нибудь из передач: банкой кофе, блоком сигарет… Иначе заключенные могли нарваться на докладные по надуманным нарушениям.
Несколько лет назад от системы активистов официально отказались — но на практике и по сей день у тюремной администрации находятся подобные помощники среди заключенных со всеми вытекающими последствиями. Правда, красных повязок уже не носят.

Источник: images.webpark.ru

Переломный момент

Тюремная система в России за много лет отшлифовала сама себя, установив определенный порядок на все случаи жизни.
«Вот блатной или человек из криминальных кругов приезжает в лагерь. Вместе с ним еще человек десять — обычные мужики. С каждым приходит запечатанный пакет. Оперативник вскрывает эти пакеты и изучает: там внутренние указания. Он узнает, что Вася — пальцы гнет, блатной, был смотрящий. Ага, его в сторонку. Следующий: Егорка — обычный мужик, в СИЗО сидел ровно, его — в общую массу. И вот Васю ведут в оперативный кабинет. Там двойные двери, между ними включается громкая музыка, чтобы не было слышно криков. И там Васю бьют ни за что, просто превентивная мера. Тупо делают всего синего. Потом спрашивают: будешь поддерживать воровские традиции или отказываешься? И я видел: приезжают такие, пальцы веером, через 10 минут оперкабинета, они оттуда выскакивают, готовые даже активистами стать. Им опера надевают красную повязку, фотографируют. Вот так ломают. Опер потом ему предлагает: мы будем на что-то глаза закрывать, ну и ты нам докладывай что да как. Еще обычно ломают прибывших из Москвы. Там СИЗО тепличные, сидят как у Христа за пазухой. Их привозят в регионы, и в оперкабинетах прессуют, они попадают в пекло», — рассказывает Петр.
Отдельная категория в местах лишения свободы — «обиженные» (еще их называют «опущенные» или «неприкасаемые»). Это осужденные за преступления вроде изнасилований или педофилии. Не есть из одной тарелки и не курить одну сигарету на двоих — это лишь немногие негласные тюремные правила, касающиеся их.
«В Саратове одно время кормили только капустой с водой. Есть хотелось ужасно, еда снилась! То ли из оперативных соображений, то ли по другим причинам администрация выдавала "обиженным" — они сидели за отдельными столами — кашу или отруби. Некоторые просто не выдерживали и уходили к ним за стол, тоже превращаясь в "обиженных"», 
Сегодня в местах лишения свободы понимают, что это люди притесненные, им плохо и к ним стоит проявлять милосердие. С «обиженными» порой делятся лишним — тем же чаем: мол, «попей чайку, вспомни маму». Иногда их также могут привлечь к делам вроде стирки носков — но не в приказном порядке, а за награду вроде чая или сигарет. И все же просто общаться с «обиженными» или брать от них что-то нельзя — среди заключенных это считается моветоном.
Курьянов отмечает, что с романтическими отношениями между осужденными никогда не встречался, даже не слышал о таком.
«Вот у женщин там полно, а у мужиков такого нет»,

Источник: zapad24.ru

Тюремные инновации

По словам Петра Курьянова, пытки и избиения в колониях до сих пор распространены, но тюремщики придумали, как это прикрывать.
«Изобрели ноу-хау — привлечение к уголовной ответственности за ложный донос. Избили человека, он написал заявление. Проводится проверка. Фсиновца спрашивают: ты бил Иванова? Нет, конечно. У его подчиненных спрашивают: вы видели, чтобы ваш начальник бил Иванова? Нет, конечно. Спрашивают у осужденных: вы видели избитого Иванова? Те отвечают: нет, не видели, но слышали, как в курилке Иванов говорил, что собирается оклеветать сотрудника ФСИН. Да и вообще, у нас в колонии уже давно не бьют никого, но слышали о намерениях Иванова оговорить начальника колонии. И пишут избитому Иванову: твои слова не подтвердились, ты оклеветал сотрудника, статья 306 УК РФ ("Заведомо ложный донос"), прибавляем тебе к сроку полтора года», — объясняет наш гость.
В некоторых местах лишения свободы даже вывешивают портреты таких «доносчиков» на видном месте, чтобы другим неповадно было.
Курьянов отмечает, что такая же подмена понятий произошла и с общественным контролем за тюремной системой: многие общественные наблюдательные комиссии (ОНК) по большей части состоят из бывших сотрудников правоохранительных органов и ФСИН.
«Вот в Саратове председатель ОНК — полковник ФСБ, его заместитель — бывший начальник саратовского УФСИН. Они на пенсии, но им дают задание сверху — идти в ОНК. Приходит в ОНК мама, чей сын сидит 10 лет, и рассказывает, что его там избивают. И к ней выходит бывший начальник УФСИН, к которому она несколько лет назад уже приходила, и он ее послал. И сейчас они идут с проверками по лагерю и не находят нарушений. Закрытость системы сохранена — да и проверка вроде как была. В Брянске недавно 100 с лишним человек спецназ "рубанул" (избил — прим. «Ленты.ру»). Три недели адвокаты не могли попасть внутрь, пока у осужденных синяки не зажили. ОНК там была уже на следующий день и отрапортовала быстрее Следственного комитета, что все хорошо. Прокуратура дает официальное сообщение со ссылкой уже на ОНК, что все хорошо! Это страшная система, это другой мир, другая планета, и проникновение туда общественников, которые готовы разоблачать, блокируются вот этими силовиками на пенсии», — говорит собеседник «Ленты.ру».
Курьянов отмечает: у ФСИН есть несколько образцово-показательных колоний, куда отправляют известных заключенных, за которыми пристально следит пресса и общественность. К примеру, уровня Сергея Удальцова, отсидевшего почти пять лет за организацию массовых беспорядков на Болотной площади в 2012 году. По словам Курьянова, нет беспредела и в тех местах лишения свободы, где находятся крупные производства: местной администрации важна рабочая сила, чтобы были показатели. А если осужденных бить, то это непременно скажется на их продуктивности.
«Эта система не исправляет, она озлобляет. Заставляет перешагивать через что-то человечное в себе, скатываться до уровня доносов, паразитирования, приспособленчества. Много грязи. Силой заставляют окунуться в эту грязь. Очень голодно, курить хочется, не хочется в мороз стоять на проверке два часа, но все это можно преодолеть в себе, если ты мужик. Это проверка твоего мужского характера, можешь ли остаться человеком, личностью», — объясняет Петр.
Он убежден, что надо отменять барачную систему в исправительных колониях, способствующую произволу администрации.

Источник: bidla.net
Источник: pbs.twimg.com
Источник: i.ucrazy.ru
Источник: «Лента.ру»
Понравился пост? Поддержи Фишки, нажми:
2597
33
42
31
А что вы думаете об этом?
Показать 34 комментария
Самые фишки на Фишках