Реальная история "Уцелевшего"

Выбор

Высадка произошла без приключений. Бойцы начали свой путь по направлению к намеченному району, где они должны были оборудовать первый наблюдательный пункт. Спустя несколько часов, двигаясь вверх по склону, они неожиданно обнаружили трех пастухов, которые шли по тропе. «Котики» немедленно рассредоточились и спрятались за скалами и деревьями. Но это не помогло - пастухи вышли на одного из них.

Четырем разведчикам было абсолютно ясно, что перед ними невооруженные люди. По всем признакам было видно, что они были обычными пастухами, пасшими коз на склонах Савтало Сар. Но никто не знал, насколько они связаны с Ахмад Шахом и его людьми.
Нужно было принять сложное решение, как поступить с пастухами. По рации запросили базу в Баграме для получения инструкций о действиях. Но гористая местность не позволяла установить связь. Майкл Мерфи решил поставить вопрос о судьбе пастухов на голосование. Он предложил три варианта решения: убить пастухов и скинуть их со скал; убить их и закопать здесь же или… отпустить. Ситуация поистине очень сложная. Убить их – означает поступить против человеческой морали и закона. Да и к тому же, тела пастухов потом все равно рано или поздно будут найдены, что может стать причиной политической шумихи. Не убить – означает поставить под удар миссию.
Обсуждение было мучительным. За устранение пастухов высказался Мэтт Аксельсон. Против – лейтенант Мерфи и Латрел. Данни Диец воздержался. Голос Латрела оказался решающим.

Бой

Спустя два часа, приблизительно в районе двух пополудни, отряд был настигнут бойцами Ахмад Шаха. Опираясь на некоторые источники, правильнее было бы ограничить эту цифру 30–50 боевиками – именно столько могло входить в отряд, с которым морпехи сражались в самом начале боя, когда понесли первые потери. Общее же количество моджахедов, которые вышли на поиск разведчиков, было не менее 140 человек, но они были поделены на группы, которые пытались маневрировать и окружить отряд, и не всем удалось подобраться настолько близко, чтобы принять участие в бою.
«Котиков» атаковали с вершин склона. Преимущество как численное, так и местоположения было на стороне отряда Ахмад Шаха.

Почти в самом начале боя погиб Данни Диец. Он пытался выйти на связь со штабом по рации, но безрезультатно… Оставаясь на верхнем склоне холма, он пытался достучаться до штаба, когда «котики» уже начали спускаться вниз. Одновременно отстреливаясь, он продолжал вызывать базу, пока одна из пуль не вырвала из его рук трубку, а следующая поразила его точно в голову. Данни был мертв. Потом стало известно, что в штабе все-таки получили его сообщение: «Отряд в огневом контакте…».

К месту боя был направлен беспилотник. Время шло… И Мерфи, и Аксельсон были уже ранены: первый получил пулю в живот, второй – в грудь. Но они продолжали сражаться. Латрел предложил немедленно спускаться с горы, иначе гибель всех остальных была бы неизбежна.
Противник тем временем пытался обойти разведчиков. Крики были слышны позади. Надо было срочно двигаться. Деревня находилась в полутора километрах, у самого подножия горы. Друзья перебежками двинулись к следующей позиции, на которой они остановились, чтобы огнем встретить противника. Но боевики заняли выгодную позицию и, подойдя ближе, стали обстреливать моряков. Одна из пуль попала в грудь Мерфи. На этот раз рана оказалась серьезной. В тот же самый момент Мэтт Аксельсон покачивающейся походкой, абсолютно не прячась за скалами, подошел к Латрелу и Мерфи. Его голова была опущена, кровь текла по лицу из обнаженной раны. «Они подстрелили меня, брат, – сказал он. – Эти ублюдки подстрелили меня. Ты можешь помочь мне, Маркус?» Латрел положил его за скалы, закрыв от пуль и осколков разрывающихся гранат. Он повернулся к Мерфи: «Приятель, ты можешь еще двигаться?» Мерфи, не ответив ни слова, молча полез в карман и достал мобильный телефон. До этого момента, чтоб не выдать свое местоположение, разведчики не использовали телефон для связи с базой. Но сейчас ситуация была безысходной: единственное, что еще хоть как-то могло спасти кого-то из бойцов – это немедленная помощь. Он молча встал и двинулся в сторону открытой площадки, дойдя примерно до ее середины и, опершись о небольшую скалу, начал набирать номер телефона штаба. Ему удалось дозвониться: «Мои люди находятся под сильным огнем… нас разрывают на куски. Мои парни умирают… нам нужна помощь…»

словно провалился, упав вперед и выронив карабин и телефон. Но потом нашел силы, чтоб поднять их и подняться самому. Латрел слышал, как он сказал по телефону: «Понял вас, сэр. Спасибо». После этого он из последних сил, тяжелыми шагами вернулся на позицию, чтоб защищать левый фланг. Но рана оказалась смертельной. Мерфи вскоре умер. Латрел не видел его – их разделяла скала. Он слышал его последние выстрелы и крики. На его руках умирал Мэтт Аксельсон: «Маркус, ты будешь жить. Передай Синди (жене Мэтта Аксельсона. — Авт.), что я люблю ее». Это были его последние слова… Аксельсон остался на месте, прикрывая отход Латрела.
Если можно так сказать, то Латрелу повезло. Во время очередной перебежки рядом с ним разорвалась граната. Взрывной волной его сбросило со склона, он покатился вниз, потеряв сознание. Когда он очнулся, вокруг было тихо. Бой давно закончился. Позже выяснилось, что в результате этого падения он сломал себе лодыжку, нос и повредил три позвонка. Но остался жив, как и предвидел Мэтт Аксельсон…

Спустя год после событий 28 июня родители Майкла Мерфи были вызваны в Белый дом, где из рук президента получили последнюю реликвию, напрямую связанную с жизнью и смертью их сына – медаль Почета – самую высокую награду, которой может удостоиться военнослужащий вооруженных сил США…