Не валяй дурака, "Америка"!

К нему сразу прилипло прозвище «Американец». Все потому, что ему посчастливилось побывать в длительной командировке при Советском представительстве ООН в Нью-Йорке. И хотя его работа заключалась в том, чтобы вовремя закрыть и открыть входные двери этого Представительства, для нас, желторотых юнцов, он казался человеком с другой планеты. Он часто снисходил к нам, смертным, и рассказывал об интересной «заморской» жизни. Что мы о ней знали в те далекие восьмидесятые?

Ему нравилось наше внимание, нравилось то, что к его мнению прислушиваются. Вот только постепенно все начало приобретать какие–то ненужные, извращенные формы. Все мнения, кроме его, становились ошибочными и «лженаучными». На любой вопрос у него всегда был готов авторитетный и единственно правильный ответ, потому как « везде плавал и все знал». Довершало картину его возникшее флегматично-принебрежительное отношение к окружающим. Все было похоже на этакую звездную болезнь отрядного масштаба.

Как всякая болезнь, звездная тоже нуждается в лечении, правда лекарства для этой болезни весьма специфические.

В тот выходной декабрьский день мы, трое друзей, друживших семьями, решили вместе с женами прогуляться по окрестностям отряда. Я предложил прихватить с собой и ружьишко, старую, еще дедовскую, курковую «тулку», Так, на всякий случай. Вдруг спугнем какого ни будь зазевавшегося фазана, будет нам на ужин.

«Американец» догнал нас, когда мы подходили к отрядному стрельбищу. Оказывается, он увидел нас с окна своей квартиры, когда мы шли по дороге, и решил к нам присоединиться. Было понятно его желание. Он с отпуска привез навороченное ружье «Beretta» 12 калибра, да еще со сменными стволами и его прямо распирало от желания покрасоваться. Ружье действительно было замечательное, но то, как «Американец» нам все преподносил, оставляло неприятный осадок. Красной нитью через его показательные выступления просматривался тезис: «Все дураки, один я умный!»

Так, слушая «Американца», вся наша компания вышла на поле стрельбища. Там, на отметке 500 метров, стояла конструкция, которую именовали «танк». С танком она не имела ничего общего. Это было нагромождение бревен, горбылей, досок, кабин от списанных грузовиков и бочек от ГСМ. По этой куче, во время проведения показных занятий, палили с РПГ – 7.

«Американец» первым предложил пострелять, и в качестве мишеней стал на этот «танк» выставлять все, что попадет под руку. Мишенями становились консервные банки, бутылки, куски кирпичей, просто камни. Он же первым и отстрелялся, ловко посшибав все мишени. С его уст опять полилась хвалебная ода новому ружью. Словесный понос «Американца» прервала Лиля, жена одного из моих друзей. Она сказала, что ничего сложного в такой стрельбе нет, и она так отстреляется даже с «кремневки». В подтверждение своих слов она попросила поставить мишени и, взяв мою курковочку, не оставила даже пыли на месте мишеней. Курковочка отличалась злым, резким боем. Самолюбие «Американца» было сильно задето, и дальше между ним и Лилей произошел такой диалог:

- Ну, это все по неподвижным мишеням, а не хочешь попробовать по летящим?
- Можно и по летящим
- И что думаешь попасть?
- Думаю, что попаду.
- Да брось ты, не женские это дела!
- Это вопрос, поставленный в домостроевском стиле!
- Только кидать буду я!
- Да пожалуйста! А что кидать-то будешь?
- Ради такого дела я свою шапку метну!
- А не жалко шапку будет, чай дорогая?
- Да что с ней станет, ты ведь все равно не попадешь!
- Ну, тогда «Дай!»

Несчастному «Американцу» уже после этого «Дай» нужно было призадуматься, откуда эта, с виду хрупкая, девушка знает такую, весьма специфическую команду. Но гордыня овладела им, заткнула уши и закрыла глаза. Он отошел метров на тридцать, снял шапку и подбросил её высоко в небо. Лиля, практически не целясь, с пояса пальнула в направлении летящей шапки. Дальше все показалось, как просмотр замедленной съемки: то, что было только что дорогим изделием со шкуры молодой нерпы, разделилось на множество частей и медленно опустилось на поле стрельбища.

К стоящему с открытым ртом «Американцу» тихо подошел муж Лили и произнес: « Извини, друг, не успел тебе сказать, что моя Лиляша мастер спорта по стендовой стрельбе и всю жизнь, до замужества, прожила в Мытищах на стрельбище, где её мамаша тренировала женскую сборную по стрельбе».

Этот конфуз надолго отбил охоту у «Американца» соревноваться в меткости стрельбы, да и хвастать своей «Береттой». Гораздо позже на экраны вышел фильм «Не валяй дурака, Америка» и, посмотрев его, мы с другом долго смеялись над тем моментом, когда Евдокимов отстрелялся по шляпе колхозного бухгалтера. Уж больно знакомый для нас был этот сюжет.