Как князь Александр Галицын жену в карты проиграл!

неслыханное сумасбродство. Он ежедневно отпускал кучерам своим шампанское, крупными ассигнациями зажигал трубки гостей, бросал на улицу извозчикам горстями золото, чтобы они толпились у его подъезда, и прочее. Прожив таким образом состояние, он подписывал не читая векселя, на которых суммы выставлялись не буквами, а цифрами. В конце своей жизни он получал содержание от своих племянников и никогда не сожалел о своем прежнем баснословном богатстве, всегда был весел духом, а часто и навеселе». Князя при жизни прозвали «Cosa rara», по названию известной в то время оперы (по-русски «редкая вещь» в негативном смысле!)
В жены князь Голицын выбрал себе Марию Григорьевну Вяземскую (1772-1865), молодую красавицу, за которой закрепилось прозвище Юнона, за ее красоту.

Молодые поженились в 1789 году. Но совместная жизнь у них не задалась. В семейной жизни князь был деспотом, нередко бил свою жену. И в то же время князь не жалел денег на наряды для Марии и вывозил на все балы, стремясь похвалиться перед людьми ее красотой и грацией. В обычной жизни Голицын вел себя как холостяк, кутил с друзьями, месяцами не появляясь дома. Его сумасшедшая расточительность стала легендой. Мария Голицына, предвидя неминуемое разорение, обратилась за помощью к только что вступившему на престол императору Александру I в 1801 году. Но государь отказал, и ничто не могло уже помешать Голицыну стремиться к потере материального благополучия. Так и жил князь своей развеселой жизнью и мало обращал внимания на жену, а Мария Григорьевна, между тем, всерьез увлеклась высоким и статным красавцем графом Разумовским.

Лев Кириллович Разумовский был настоящий барин. Утонченный и вежливый, он жил на широкую ногу и был веселым и гостеприимным человеком. Увлекался наукой, чтением и ценил искусство. У себя в доме одним из первых создал зимний сад, что добавляло прелести проводимым там праздникам и балам. Мария Григорьевна с тоской представляла себе, какое счастье могло ждать ее рядом с таким замечательным человеком. Но пока что рядом был деспот и грубиян Голицын. Взаимная симпатия Льва Разумовского и Марии Голицыной вскоре переросла в любовь. Назревал крупный скандал. Однако внезапно ситуация разрешилась самым неожиданным образом. В то время получить развод было практически невозможно. Отчаявшийся Разумовский хотел сначала вызвать князя Голицына на дуэль, но затем решил попробовать иной путь. Разумовский предложил Голицыну, страстному игроку, сыграть на большую ставку. Азартный Голицын согласился. За ночь Разумовский смог выиграть почти все состояние Голицына. Под утро Разумовский предложил поставить Марию Григорьевну против всего, что он выиграл за ночь. Немного поколебавшись, Голицын согласился и... снова проиграл. Лев Кириллович забрал Марию Григорьевну, а выигрыш оставил Голицыну.

Несмотря на счастье освобождения, Мария Григорьевна была глубоко оскорблена тем, что её, урожденную княжну Вяземскую, поставили на карту, как какую-нибудь крепостную девку. Об этой скандальной истории говорили во всех домах Москвы и Санкт-Петербурга. Однако, именно благодаря широкой огласке церковь посчитала недопустимым такое поругание священных уз брака со стороны мужа и без колебаний дала согласие на расторжение брака с Голицыным. Но высший свет подверг остракизму этот новый союз. Если Разумовского еще принимали, то Мария оказалась в положении отверженной обществом, для нее вход в аристократические дома был закрыт. По правилам того времени Мария Григорьевна не могла появляться там, куда могли прийти члены императорской семьи. Считалось, что разведённой женщине нельзя находиться в одном помещении с помазанниками Божьими. Но на помощь чете Разумовских пришел сам император Александр I. Мария Григорьевна не могла появляться на больших великосветских балах. Разумовских довольно редко, но приглашали на маленькие семейные праздники с танцами. На один из таких праздников в доме Кочубеев неожиданно прибыл государь и, демонстративно пройдя через весь зал, пригласил Марию Григорьевну на танец. И поскольку сам император признал графиню Разумовскую достойной своего общества, у его подданных никакого другого выбора не оставалось, кроме как последовать высочайшему примеру и отныне принимать её как равную.