Баку. Часть 5: вдоль стен Ичери-Шехера

Стены Баку построил в 12 веке ширваншах Минучихр III Великий из династии Кесранидов, что оказалось очень кстати в 1191 году для его сына Ахситана I, когда землетрясением была разрушена стольная Шемаха. Позже стены перестраивались неоднократно, последний раз - при турках, занявших город в 1578 году, или скорее при Сефевидах, отбивших его в 1602-м. Когда-то стены опоясывали город замкнутым кругом и даже уходили парой "усов" на несколько десятков метров в воду Бакинской бухты. Теперь стен не найти со стороны моря и с востока, куда рос город в эпоху "нефтяного бума", а вот на севере и западе уцелел почти километр непрерывной стены с двумя десятками башен. С внутренней стороны там тянется Малая Крепостная (Кичик-Гала) улица, а с внешней - мощная улица Истиглалият (Независимости), прежде Николаевская, а в 1929-91 годах Коммунистическая. Малая Крепостная прилегает прямо к стенам, а вот Истиглалият от них отделяют парки да дома: когда-то укрепления Баку тянулись в несколько рядов, и вот их внешнюю часть снесли в 1859-86-м годах без остатка. Единственным воротами до тех лет были Северные, которые я показывал, вместе с маленьким участком стены слева от них, в посте про Девичью башню. После сноса внешних укреплений в старой стене были пробиты несколько новых порталов, один из которых глядит как раз в тянущийся правее Северных ворот парк Сабира:

Памятник Мирзе Сабиру (1958), азербайджанскому поэту начала ХХ века, здорово смотрится на фоне средневековой стены:

Его предшественник (1922) был первым скульптурным памятником во всём Баку, и не очень понимаю, какой смысл был в его замене:

В парках у бакинской Крепости с недавних пор водятся попугаи. По местной легенде, партия декоративных птичек не прошла растаможку в бакинском порту, и владельцы со злости просто выпустили их на глазах у изумлённых пограничников. Но такие легенды о попугайчиках ходят не только в Баку: на самом деле индийский кольчатый попугай - один из самых инвазивных видов, "захвативший" многие города Южной Европы на волне глобального потепления. Своими глазами я попугаев не видел, но непривычное птичье пение в парках у Крепости и правда звучит.

С другой стороны улицы - сталинки в характерном местном стиле. Что интересно, в космополитичном городе "этносталианс" обыгрывал не персидские, что казалось бы самым логичным, а средиземноморские мотивы:

В ряду выделяется дом "Монолит" (1947) - на викимапии пишут, что назван он так не из-за облика или технологий, а от того, что стоит на подземной скале, в которую упёрлись рабочие при закладке фундамента.

Чуть дальше по улице Гаджиева (на прошлом кадре она справа, а на позапрошлом слева) примечательно ещё и здание типографии "Азернешр" (1931) - по обилию и качеству конструктивизма Баку если и не дотягивает до Екатеринбурга или Новосибирска, то по крайней мере вплотную приближается к ним.

До революции же над этим районом буквально нависал Александро-Невский собор (1888-98) - крупнейший христианский Кавказа размером 44 на 55 метров по основанию и высотой 85 метров по кресту. Это выше колокольни Ивана Великого, так что не исключаю, что и был он третьим по величине храмом всей Российской империи, да ещё и с единым бесстолпным убранством. Надо заметить, православных церквей в тогдашнем Баку было в пределах десятка, а русские были хоть и не большинством, но крупнейшей этнической общиной города - около трети его жителей, 60-80 тысяч человек. И хотя в 19 веке 100 тысяч рублей на постройку собора пожертвовали мусульмане, в ХХ веке такой гигант не мог ужиться ни с воинствующим атеизмом, ни с коренизацией, и в 1936 году собор был снесён. Его слегка уменьшенная, но тоже огромная (67 метров) копия есть в Ижевске - причём и там воссозданная после советского разрушения.

Вернёмся на улицу Истиглолият. Парк Сабира упирается в боковой фасад "Исмаиллии" (1907-13), построенной по проекту польского архитектора Юзева Плошко на средства Мусы Нагиева - богатейшего после Нобелей нефтяного магната Баку, в промышленные ханы выбившегося с самого низа. Простой тюрок из апшеронского села Баладжары, он работал носильщиком в бакинском порту, скопил денежек на земельный участок, и копая колодец - наткнулся на нефть. О том, что нефть сулит богатства, Муса Нагиев уже знал, но видимо в порту его достаточно часто обманывали, чтобы отучить гоняться за шальными деньгами - полуграмотный селянин нанял инженеров и юристов, и вскоре богател не по дням, а по часам, прибирая к рукам скважину за скважиной.

Подобно текстильным магнатом Подмосковья, точно так же вышедшим из народа, нефтяные магнаты Азербайджана вкладывались в народ. "Исмаиллия" стала главным центром культуры для местных мусульман, в тогдашнем Баку составлявшим дай бог треть населения. Здесь проходили как собрания духовенства, так и съезды женского движения среди мусульманок, собиралась интеллигенция, благотворители и акционеры. Напрашивается мысль и что Совет Съезда бакинских нефтепромышленников, основанный в 1883 году крупнейшими нефтяниками, тоже мог собираться здесь - известно, что первоначально их съезды проходили в одном из частных домов в Крепости (но каком - я так и не смог узнать, да и не факт, что он сохранился). Совет активно занимался благоустройством посёлков на промыслах, а в 1917 году взял в городе фактическую власть, что и предопределило победу Бакинской коммуны - просто в какой-то момент в органах Совета Съезда работяги отодвинули магнатов.

В Гражданскую войну "Исмаилия" сгорела, а в 1923 году, с некоторой заменой декора, была восстановлена как научное учреждение, ныне - президиум Национальной академии Наук Азербайджана (НАНА).

Дальше вдоль улицы Истиглалият тянутся уродливые бетонные блоки с забором, напоминающим о тюрьмах с плохими парнями в оранжевых робах из американских боевиков. Это ограждение городской трассы "Формулы-1", ежегодно проходящей в Баку с 2016 года в конце весны - начале лета. Я приехал сюда примерно через месяц после гонок, но как я понимаю, демонтажем трассы никто не заморачивается и стоит здесь это всё круглый год. За забором - Александринская женская мусульманская школа (1898), построенная польским архитектором Юсефом Гославским на средства нефтяного магната Гаджи Тагиева - если не самого богатого, то самого яркого представителя азербайджанской промышленной элиты тех лет. Про Тагиева я подробнее рассказывал в контексте его дачи в Мардакянах, был он крупным меценатом, и даже большевик Нариман Нариманов получил образование благодаря ему. В школе в 1918-20 годах располагался парламент Азербайджанской демократической республики, по которому и улица до 1929 года называлась Парламентской. Ныне здесь Институт рукописей имени Физули, аналог ереванского Матенадарана, не столь знаменитый в силу отсутствия общедоступных экспозиций.

В проёмах между зданий прекрасно видна крепостная стена. Левее Института Рукописей - памятник Юсифу Мамедалиеву (1998), учёному-химику и одному из основателей Академии наук АзССР. в 1945 году.

В следующем проёме - обелиск-памятник (2007) Азербайджанской демократической республике:

За которым - неописуемо огромный Азербайджанский экономический университет, переродившийся в 1930 году из Реального училища (1901-04). Его здание строилось уже на государственные деньги, да и основано училище было ещё в 1837 году в Шемахе.

Увы, все эти роскошные здания я сфотографировал как-то криво - у АГЭУ не виден фасад с огромными окнами, у Исмаилии - симметричность... Просто все они столь огромны, что смотреть их надо с противоположной стороны улицы, где стоят куда как более невзрачные дома.

Как и на боковых улицах:

Куда стоит отклониться, чтобы взглянуть на Дворец Счастья, по-нашему говоря ЗАГС, располагающийся в особняке Муртузы Мухтарова (1912-13), ещё одного простого работяги, выбившегося в "нефтяную знать". О нём я подробнее также рассказывал в Мардакянах, где он имел не менее роскошный дворец, но если вкратце - то работал Мухтаров у станков, станки же и конструировал, и в итоге разбогател не на самой нефти, а на производстве оборудования для нефтепромыслов, которое шло отсюда даже на экспорт. Гигантский дворец по проекту Плошко он воздвиг себе всего за год, а реставрация его в 21 веке шла куда как дольше.

В раннем СССР же здание занимала организация со звучным названием Клуб Освобождённой Тюрчанки:

И опять вернёмся на Истиглалият. Снова башни в проёмах:

Четвёртое здание от парка Сабира - Бакинская мэрия (1901-04), как я понимаю, в этом качестве и построенная изначально:

И вот не знаю, многие ли со мной согласятся, но из всей застройки бывшей Николаевской она впечатлила меня больше всего.

А что же с другой стороны? От Северных ворот расходятся почти под прямым углом Большая Крепостная, где мы начинали знакомство со Старым городом в посте о Девичьей башне, и Малая Крепостная, по которой будем попеременно идти весь этот пост. Вот - те самые ворота в парк Сабира с кадра №2:

Там, снаружи, шумный город, а здесь - всё те же тихие, уютные, холёные закоулочки населённой "коренными бакинцами" Крепости:

И с этой стороны заметно, например, что "Исмаиллия" буквально надета на донжон - мощнейшую в бакинских стенах Четырёхугольную башню 15 века:

Руины неопознанного здания чуть дальше - возможно, остатки царских казарм:

Самое, пожалуй, колоритное место Малой Крепостной - мастерская Али Шамси, современного азербайджанского художника:

Вернее - скверик с ней рядышком:

Не удивлюсь, если он же оформлял фальш-фасад для соседнего дома:

На стенах - реплики пушек и катапульт, а на мостовой мне повстречалась такая вот очаровательная парочка. Кто они - я так и не разобрался, но больше всего похожи на талисманы, например, "Евровидения-2012", "Формулы-1" или ещё каких-нибудь событий.

Дальше стена, а вместе с ней и улица, делает заметный поворот и начинает спускаться:

Проулок между мэрией и университетом:

Эти здания уже не прилеплены к стене, и между их задворками и крепостью есть изрядный зазор:

Башни здесь хорошо просматриваются друг с друга:

Интересно, что с внешней стороны высота стены почти постоянно, а вот с внутренней вдоль неё то поднимается, то опускается холм, увенчанный Ширваншахским дворцом. Вот слева видны его купола, а на переднем плане маленькая площадь с каменной коробочкой Джинн-мечети (ибо желания в ней исполняются) и памятником поэту Алиаге Вахиду (1990, здесь с 2008 года), который русскоязычная часть местных жителей, уверен, называют просто Голова. Хотя вообще-то тут не просто голова, и за более подробным описанием я могу отослать в свой пост про дворец Ширваншахов:

Голова глядит в ворота, которые выводят на площадь к стеклянному вестибюлю станции метро "Ичери-Шехер" за мэрией.

В башне у ворот с подачи зазывалы обнаружилась нора:

Ведущая в магазин традиционных местных сладостей, впечатляющий своим интерьером. Сами сладости вполне годные, но цена их явно рассчитана на туристов.

На другой стороне площади - фонтан, отмеченный на викимапии как источник Едди-Гюзель 16 века (по виду, конечно, гораздо моложе):

За улицей Истиглалият совсем уж гигантоманские доходники - на кадре выше Бабаева (1900), на кадре ниже - Сеида Мирзабекова. Первый ныне занимают две школы (№132 и №134), а заодно с 1977 года музей Наримана Нариманова, жившего здесь в 1913-18 годах. Второй просто пугает своим размером - не могу отделаться от ощущения, что это самый большой дореволюционный жилой дом, что я видел.

Площадь продолжает бывший Губернаторский сад, особенно красивый и уютный даже на фоне прочих скверов в центре Баку. Первый общественный парк был тут сделан ещё когда Баку был уездным городом - в 1830 году меж крепостных стен по инициативе коменданта Романа фон дер Ховена. В 1859-м, с переездом в Баку губернских органов, сад был реконструирован и расширен, чем начался и снос внешних стен. При Советах парк был Пионерским, а в 1990 и 2008 соответственно, с появлением и миграцией Головы, становился Садом Вахида и Садом Филармонии.

В глубине и сама Филармония, с 1936 года занимающая...

...здание Общественного собрания, построенное в 1910-12 годах на месте сгоревшего Белого клуба по мотивам казино Монте-Карло:

Напротив, в те же 1910-12 годы тот же архитектор Гавриил Тер-Микелян построил особняк нефтяников Садыховых. Над ним нависает огромное здание Президентского дворца (1977-79), бывший ЦК КПСС АзССР. За ним есть ещё не менее грандиозная, хотя и слегка "охрущёвленная" сталинка Кабмина фасадом в очень симпатичный парк Шелале (1975), но я забыл туда дойти.

Здесь улица Истиглалият уходит от крепости, а параллельно стене тянется улица Ниязи. Филармонии за ней противолежат корпуса Азербайджанского национального музея искусств имени Рустама Мустафаева. Основанный в 1936 году, это один из лучших художественных музеев бывшего СССР - с азербайджанской живописью ХХ века и коврами тут соседствует русское и западно-европейское искусство и даже коллекция артефактов Древнего Египта. Сюда музей переехал в 1951 году, и его Новое здание изначально было Мариинской женской гимназией (1885), а при Советах - партийным горкомом:

Куда интереснее старое здание за стеклянным корпусом-переходом (2013) - это Дебуровский дворец (1891-93) с весьма витиеватой историей. Лев де Бур был одним из основателей нефтяного "Каспийского товарищества" вместе с 4 братьями Гукасян. Он умер до завершения строительства, и Гукасовы разместили во дворце контору. В последующие годы на них приходилось 6-7% нефтедобычи на Апшероне. Но "нефтяные нахарары" на "нефтяных ханов" были совсем не похожи - если азербайджанские магнаты были чаще меценатами из народа и с родной почвой не теряли связь, армянские - напротив, хоть и тоже не были чужды меценатству, стремились войти в стремительно формировавшуюся тогда международную элиту капитала. В 1902 "Каспийское товарищество" и крупный промышленник Александр Манташев учредили в Лондоне фирму "Хоумлайт ойл" как посредника между ними и "Бритиш Петролеум", а в 1913-м они вошли в состав холдинга "Russian General Oil" богатейшего из бакинцев Степана Лианозова (Лианосяна), чью предыстрию я рассказывал в персидских Энзелях.

И видимо связи с Англией повлияли на судьбу Дебуровского дворца в Гражданскую войну - летом 1918 года здесь располагался штаб английской армии, вошедшей в Баку из Ирана для защиты от турок. Но турки тогда взяли город, а Советы, придя в Азербайджан пару лет спустя, в 1921 году передали Дебуровский дворец под совнарком и резиденцию его главы Наримана Нариманова. Следующие 30 лет, до переезда музея, тут располагались всякие госорганы, и лишь грудастые девы взирали с крыши на мусульманский город:

С другой стороны парка - всё те же стены:

Украшенные инсталляциями:

И красиво подсвеченные по вечерам:

А за стенами, вдоль улочек Ичери-Шехера, всё так же тянется Малая Крепостная:

Эта часть её хоть и известна туристам, но не переполнена ими и благодаря свободе от всякого визуального мусора - особенно живописна:

Да и здания примечательные на ней есть - например, лучшая в Крепости баня Ага-Микаила 18 века с высоким старинным фасадом:

И куда более типичными для Баку куполами на уровне земли:

На кадре выше, между прочим, труба, какую в 18 веке не каждая фабрика могла себе позволить. Что это за помещение - я точно не помню, но в целом у бани, судя по чужим фото, довольно симпатичный интерьер. Сам же этот угол служил в Ичери-Шехере кварталом банщиков:

На полдороги до следующей бани постоянно можно слышать весёлую русскую речь и видеть людей советской закалки, с улыбкой до ушей разлёгшись на брусчатке. На викимапии эта локации и вовсе значится "Чёрт побери!", и такое восклицание определённо стало фоновым звуком для жителей близлежащих домов. Места съёмок "Бриллиантовой руки" - целый пласт колорита Старого города, и в прошлой части я показывал родину фразы "Руссо туристо облико морале!". А вот в этих самых дверях чиканука (судя по логотипу, так на языке той капстраны называлась аптека) звучала "непереводимая игра слов", когда вдруг оказалось, что не тот советский гражданин поскользнулся на арбузных корках:

Более близкий к киношному ракурс - снизу:

А на месте чиканука теперь кафе с русскоязычной вывеской - ясно, что именно "руссо туристо" сюда зайдёт в первую очередь, да и хозяин, наверное, рождён в СССР.

Практически у оконечности сохранившейся части стены торчит из земли баня Касум-бека 15 века постройки. Огромный отель за ней скрывает море:

Он стоит на месте Губернаторского дома, снесённого в 2006 году с обоснованием "иначе развалится сам". Впрочем, и был дом неожиданно скромен для начальника одной из богатейших губерний - ведь администрация по сути дела была в Баку беженцами из разрушенной землетрясением 1859 года Шемахи, и подобающего вида зданиями обзавелась далеко не сразу. Этот дом был построен в 1865 году, а три года спустя Сеид Мирзабаев сдал его в государству аренду, на прибыль с которой, видать, и воздвиг тот гигантский доходник. Баку, как и Одесса или Владивосток - из тех городов, где историю писали не власть, а капитал...