Хранитель
На углу Московской и Астраханской подошва ботинка скользнула по льду – падая, я едва не сломал руку. Обычный день. Как и триста шестьдесят четыре предыдущих из самого жуткого этапа моей жизни. Завтра ровно год, как умерла Ирина. Это было первое несчастье, позже последовали и другие – менее оглушительные: тяжелая болезнь матери; отъезд на ПМЖ в Германию лучшего друга; смерть двоюродной сестры... Наверное, это цинично, но уход из жизни любимой девушки затмил все остальное.
Отряхиваю с куртки снег, тихо матерюсь и осторожно шагаю дальше, выискивая взглядом припорошенный снежком лед. Впереди залитая желтым светом площадь Сенного рынка. Ненавижу это бойкое, обильное до бомжей и хачиков место. Вечная грязь, вонь, толчея, орущая из ларьков попса. Уже близко. Последние два года я работаю продавцом-консультантом в «Ассорти». Каждый день, за исключением редких выходных, следую заученному распорядку: безумная трель будильника, ледяная вода в умывальнике, несколько скребущих взмахов старой бритвой по измятому лицу. Давящее одиночество пустой кухни; гул кофемолки и обжигающий напиток, аромата которого почти не чувствую. Одеваюсь и, хлопнув дверью, ныряю в холодный мрак просыпающегося города…
До «Ассорти», где предстоит изъясняться с туповатыми клиентами, можно доехать на автобусе или трамвае, но обычно я иду пешком. Даже в холод или дождь. Четверть часа прогулки окончательно вырывают сознание из небытия, из чумовых воспоминаний. Хотя нет – видения из глубин памяти одолевают не только ночами. Иногда образ Ирины является и днем, когда случается затишье в торговом зале.
Слева остановка «Центральный колхозный рынок». Широкая Астраханская за площадью сужается и переходит в кривую неухоженную улицу с идиотским названием «Танкистов». А конец сквера примечателен «блошиным гипермаркетом» – так горожане величают стихийный базарчик, регулярно разгоняемый ментами. Пенсионеры упрямы и непобедимы: денег блюстителям не отстегивают, послушно собирают хлам, уходят. А через час-два неизменно возвращаются. Ничего не поделаешь – закалка социализмом.
Сонно. Муторно. Похмельно. Вчера до поздней ночи тупо пялился в мигавший телек и не заметил, как вылакал бутылку мартини. Опять под те же воспоминания…
– Пакуй вещички и проваливай, – доносится сбоку пристрастный голос. Над беззащитным седобородым старцем нависли три бугая-омоновца. По одному эти дятлы не ходят – боятся. Старший не унимается: – Уматывай! Даю минуту!..
Умаляющее прижимая ладони к груди, пожилой торговец слабо возражает…
Я помню старца. Сколь рано не топал бы на работу, он уже седлает деревянный ящик на железном люке тепломагистрали. И вечером, возвращаясь тем же маршрутом, каждый раз выхватываю взглядом сутулую фигуру. Никого уж нет: ни покупателей, ни коллег-продавцов. А он все сидит, будто никогда не покидает насиженного места.
– Уберу. Сейчас все уберу, – поспешно складывает он в потрепанную сумку реликтовый товар: ржавый фонарик, цветные карандаши, обувную щетку… И жалобно просит: – Только позвольте мне остаться.
Сержант пинает ящик и повышает голос:
– Проваливай!
Вообще-то я всегда придерживаюсь мнения: лучше стать негром, чем свидетелем. Но тут что-то внутри взбрыкнуло и матерно заверещало.
– Ну, сидеть-то в сквере не возбраняется, – сбавляю шаг.
– Чего? – надменно оборачиваются менты.
– Ничего. Просто хотел напомнить: граждан нужно уважать. Особенно если им под восемьдесят.
Старший прищуривается:
– А тебе-то сколько, гражданин?
– Какая разница?
– Дай-ка документики.
Лезу во внутренний карман, подаю паспорт. Сержант лениво листает странички… Переминаюсь с ноги на ногу, жду вердикта доблестных борцов с преступностью. И вдруг ловлю взгляд старца. Взгляд подслеповатых выцветших глаз. Он смотрит пристально и по-доброму – как на спасителя, протянувшего руку в самый отчаянный и тяжелый миг. С такой же благодарностью смотрят на хирургов отошедшие от наркоза пациенты. Наверное, также смотрела бы на врача Ирина, если бы…
– Ладно, старик, сиди пока, – цедит жлоб в милицейской форме и с ухмылочкой пихает мою ксиву в свой карман: – А ты пойдешь с нами.
– С какой стати? Законов не нарушал, документы в порядке.
– Пошли-пошли. И лучше помалкивай, а то умирать в камере будешь долго – до самой китайской пасхи…
Да, в нашей стране все до омерзения просто. Стоило наплевать на несправедливость и прошмыгнуть мимо – ходил бы за клиентами в теплом торговом зале. А не стерпел, высунулся – получи!..
Несчастные тигры( Ничего, кроме жалости, у меня эти фото не вызывают. И кому нравятся подобные развлечения?..
Многочисленные ходы этого заброшенного завода по производству текилы, по слухам, стали прототипом виртуальных карт первого Quake.
В городе Лимбах-Оберфрона 23-летний водитель на большой скорости не вписался в поворот, его вынесло за пределы дороги, он пролетел 30 метров по воздуху и застрял в крыше церкви на высоте 7 метров от земли. Парень жив, но в тяжелом состоянии.
Всем спасибо за присланное!
Разобрал все, что успел.
Присылайте ваши приколы и интересности с помощью этой формы
Прислал fearest
Организаторы отмечают, что есть как личные, так и командные зачёты, а лучшие игроки справляются с пазлом из 1 тыс деталей всего за полчаса. Также для соревнований используют ещё не поступившие в продажу серии.
Африканские племена издревле рассказывают легенды о белых слонах-призраках, мифических существах, переполненных мистической силой. Они говорят, что встретить такого слона может лишь очень везучий или очень честный человек. Экскурсоводы национального парка Этоша не согласны. Они говорят: «Приезжайте к нам, у нас на белых слонов можно смотреть хоть каждый день!»
Женщине показалось, что мужчина пытался проехать зайцем: якобы сначала сел, а оплатил только когда к нему подошли. Но очевидцы говорят, что он заплатил при входе.
Обладательница титула «Мисс Вселенная — 2025» Фатима Бош почувствовала себя нехорошо на традиционном фестивале цветов и фруктов в высокогорном городе Амбато, провинция Тунгурауа. Инцидент произошел 15 февраля.
На улице Амстердама женщина внезапно набросилась на другую, схватив её за волосы. Несмотря на то, что пострадавшая уже не представляла угрозы, полицейские применили чрезмерную силу, удерживая её на земле.
К 152-й годовщине основания аргентинского города Мар-дель-Плата местные кондитеры приготовили гигантскую версию традиционного десерта альфахор. Над созданием кондитерского шедевра профессиональная команда кулинаров трудилась несколько дней, строго соблюдая классическую рецептуру.
Рок-музыка — это не только звук, но и зрелище. И ничто не подчёркивает индивидуальность артиста так, как его инструмент. От меховых гитар до многогрифовых монстров — в этой подборке собрано 30+ самых диких, странных и культовых гитар, которые когда-либо появлялись на рок-сцене.
Белорусские бариста придумали «Курачино». Капучино наливают в готовую курицу-гриль, чтобы совместить приём пищи и кофе.
