А как бы вы поступили на месте водителя автобуса?

Мужчина заподозрил в девушке террористку.
На первое заседание суда ни ответчик, ни его представитель не явились. Дарья Рамазанова была одета так же, как и в день инцидента.

Хиджаб в России не запрещен, поэтому подобного рода случаи являются вопиющими, - считает зам.пред совета муфтиев Рушан Аббясов.

В России действительно высокий уровень подозрительности, - отмечает адвокат, член Общественной палаты Анатолий Кучерена. Он считает, что все-таки водителю стоило действовать не самому, а вызвать сотрудников правоохранительных органов.

Кучерена добавил, что Россия не будет повторять, к примеру, опыт Франции и не будет запрещать хиджабы.

Член фракции ЛДПР в Госдуме Михаил Дегтярев считает, что водитель повел себя в этой ситуации абсолютно правильно. По мнению Дегтярева, опыт показывает, что те, кто носит хиджабы, могут совершить террористический акт.
Есть еще одно мнение на этот счет, ниже привожу его.
Девушка ехала в автобусе в хиджабе, и водитель ее испугался. Автобус дальше не поехал – просьба выйти из вагона. А теперь – встать, суд идет. В сущности, нас мало интересует фактическая сторона истории. Кто прав, что написано в законе и тому подобное. Это дело из разряда тех, по которым мы определяемся безо всякого закона – по внутренним ощущениям. Вот мы проголосовали в эфире и выяснили, что подавляющее большинство слушателей при виде человека, выглядящего условно как мусульманин, испытывают беспокойство и тревогу. Чем водитель автобуса отличается от нас в таком случае? Тем более что автобус был не столичный, а калининградский, а в тех краях девушки в хиджабах – редкость. Она была беременна, но это только все усложняет, потому что водитель мог подумать, что у нее под одеждой бомба.
У меня есть сильное подозрение, что наши граждане, которых мы опять-таки условно можем назвать местным населением, с радостью проголосовали бы за то, чтобы здесь не было не только девушек в хиджабах, но и вообще любых девушек, юношей, мужчин и женщин неправославной наружности. И чтобы мечетей их тут не было, и чтобы баранов не резали – ну вот просто, чтобы совсем никого и ничего этого не было вокруг. И любой поступок водителя, который совпадает с этим желанием, граждане будут приветствовать, и любое решение суда, которое будет в пользу водителя поддержат. А если водителя или его транспортную фирму как-то накажут, то наказание назовут несправедливым. Возможно, законным – но несправедливым. Поэтому история в Калининграде приключилась не транспортная, не юридическая, а насквозь жизненная. И мы в этом смысле отнюдь не уникальны. Вспомните, что само слово «хиджаб» стало у нас широко известно после того, как их ношение стали запрещать в Европе. Непохожее настораживает. Чужое рождает опасения и желание запретить и оградить себя от этого.

Думаю, что террористка-смертница вряд ли наденет пояс шахида вместе с хиджабом. Скорее, наоборот – оденется как все, чтобы не привлекать внимания. Но мы реагируем в таких случаях не рационально, а инстинктивно.

В общем, водитель, конечно, погорячился и был неправ. Но понять, почему он испугался и остановил автобус, мы можем легко и большинство из нас в душе его не осудят. А девушке можно только посочувствовать. Нелегко ощущать себя чужим в собственной стране. Нелегко носить в себе ребенка, а люди при этом думали, что ты носишь на себе бомбу. Нелегко понимать, что за один твой внешний вид полагается вызывать полицию.