Как Рейган Горби обольщал

Текст пасквиля здесь: https://globalaffairs.ru/articles/ponyat-perestrojku/

В отличие от многих (возможно даже, от подавляющего большинства) моих сограждан, я отношусь к Горбачеву довольно ровно. Не считаю его ни агентом западных спецслужб, ни врагом народа. Мне он кажется человеком легкомысленным до беспечности и либералом до мозга костей. При этом ни его легкомыслие, ни удивительную веру в доброжелательность Запада по отношению к России, сохранившуюся и поныне (это видно из статьи) я, разумеется, ни в коем случае не оправдываю. Человек, стоящий во главе сверхдержавы с 300-миллионным населением (а если включить сюда сферу влияния СССР, то число можно смело удвоить), не может позволить себе быть ни беспечным, ни доверчивым.

Он пишет:

«Люди требовали перемен. Все — и руководители, и рядовые граждане – кожей чувствовали, что со страной творится что-то неладное. Страна все глубже погружалась в застой. Фактически прекратился экономический рост. Идеологические догмы держали в тисках интеллектуальную, культурную жизнь. Бюрократическая машина претендовала на тотальный контроль жизни общества, но не могла обеспечить удовлетворение элементарных потребностей людей. Достаточно вспомнить, что творилось тогда в магазинах. Быстро обострялась социальная ситуация, недовольство было всеобщим. Абсолютное большинство считало, что «так дальше жить нельзя». Эти слова родились не в моей голове — они были на устах у всех».

И с ним трудно не согласиться. Это сегодня те, кто или не жил в то время, или постарался его основательно забыть, рассказывают нам о бесплатном жилье, медицине и колбасе по 2-20. В 1980-х их бы просто не поняли. А то и намяли бы бока, решив, что люди издеваются.

Но была ли ситуация взрывоопасной, как рассказывает бывший генсек?

К концу 1980-х — безусловно. А вот в начале его правления — так же безусловно нет. Народ в массе своей ждал от нового сравнительно молодого, особенно на фоне предшественников, руководителя не гласности, не перестройки, а элементарного повышения зарплат. Рублей на сорок. Мы были не особо требовательными и вовсе не настроены революционно. А о столь радикальных переменах, к которым привели горбачевские реформы, в 1985 году даже не мечтали.

Все произошло слишком быстро. И в этом главная ошибка Горбачева.

Сегодня, прокручивая пленку назад, я понимаю, что члены Политбюро — Егор Лигачев, председатель Верховного совета СССР Анатолий Лукьянов, министр обороны Дмитрий Язов, председатель КГБ Владимир Крючков и другие, которых первый президент СССР обвиняет в консерватизме и даже предательстве, были не так уж и неправы. Именно здорового консерватизма Михаилу Горбачеву и не хватило. А аргументы своих близких друзей и соратников генсек, похоже, не слышал. И что самое удивительное, до сих пор в этом не раскаивается.

«Я предупреждал, к каким последствиям может привести радикализм и безответственность, царившие в России в 1990-е годы. И эти предостережения подтвердились. Ущерб был нанесен не только экономике, но и демократическим институтам», — пишет экс-президент Советского Союза.

Но мне кажется, что он должен был сам воспользоваться своим же советом — в предыдущее десятилетие. Ведь именно его действия (а в некоторых случаях, наоборот, бездействие) в конечно счете и породили лихие 90-е.

Горбачев «радикально и безответственно» рвался вперед, как гонщик «Формулы-1», и тянул за собой всю страну с ее неповоротливым (он и не может быть другим) механизмом госуправления и планирования, сложно настраиваемыми межнациональными отношениями и отношениями между центром и столицами остальных республик. А ведь сидел не в гоночном болиде, а в кабине машиниста длиннющего поезда, который очень медленно набирает ход. Не выдержав резких движений, вагоны отцепились — республики СССР ушли в свободное плавание.

Конечно, мы не китайцы, чей горизонт планирования — столетия. Но на пару-тройку десятков лет вперед Горбачев просто обязан был заглядывать. Тем более что время у него было — генсеки у нас никогда не переизбирались, а покидали свой пост вместе со смертью. Если бы он был мудрым руководителем, озабоченным сохранением государства и повышением благосостояния граждан (именно в такой последовательности), то до сих пор сидел бы в Кремле. Управлял бы Советским Союзом и всем соцлагерем.

«Надо было раньше приступить к реформированию партии, к децентрализации Союза, смелее реформировать экономику», — жалеет об упущенных возможностях Горбачев. Как видите, он так и не сделал выводов — если бы он затеял реформы раньше, то раньше бы распался и СССР.

Кто же его подгонял? В статье есть ответ на это принципиальный вопрос.

«При встречах с представителями Запада осенью 1990 г. я постоянно подчеркивал: преодоление нашего экономического кризиса, реформа экономики — это наша задача, и никто не решит ее за нас. Мы это понимаем. Но в успехе ее должен быть заинтересован и Запад. Ведь создание в нашей огромной стране здоровой экономики отвечает его интересам. А значит, на самом остром, переломном этапе реформ мы вправе рассчитывать на встречные шаги со стороны наших партнеров. В ответ на это в высказываниях наших западных собеседников прямо или косвенно звучал мотив: реформа в СССР идет недостаточно быстро, наша экономика все еще недостаточно «рыночна», а это сужает возможности встречного движения со стороны Запада», — объясняет Горбачев причины своей нетерпеливости.

Поразительно, какой наивный человек стоял тогда во главе государства. Чем-то его чистосердечное признание напомнило мрии современных украинцев, вы не находите? Ни о жесткой, даже жестокой глобальной конкуренции, ни о наглухо закрытых рынках сбыта, ни о джентльменах, меняющих правила по ходу игры, он до сих пор так и не слышал.

Мудрый руководитель году в 1990-м с возмущением отверг бы предложение (например, друга Лукьянова) стать президентом СССР. Через пару пятилеток на каком-нибудь съезде или пленуме партии пообещал бы подумать, к 2005-му потихоньку, за несколько лет, подготовил бы новый Союзный договор и новую Конституцию, вынес бы эти важные (и, конечно, сбалансированные) документы на референдум. А в промежутке между 2010-м и 2015-м (в зависимости от внутренней и внешней обстановки) выставил бы свою кандидатуру и выиграл первые всеобщие выборы.

Но он хотел быстро. Хотя вполне хватало полномочий, совсем необязательно было становиться президентом огромной сверхдержавы, чтобы через полтора года уступить власть проходимцам, которых сам же и вырастил.

СССР развалил не Горбачев, это правда. Однако к развалу привел именно он — своим радикализмом, спешкой и слепой верой в либеральные идеи, которую сохраняет до сих пор. По сути, первый и последний президент СССР — главный либерал, вырастивший целое поколение своих последователей, которые теперь уже целятся в самый крупный осколок советского айсберга — Российскую Федерацию.

Перемены в лучшую сторону, несомненно, были нужны, кто ж спорит. Но не ценой уничтожения огромной страны. Впрочем, что уж теперь вспоминать.