SatanKlaus
Дед Мороз сидел на верхушке ёлки и дико, прямо-таки неприлично, хохотал. Под ёлочкой стояли злые, молчаливые дети, два оленя, слегка нетрезвая Антонина Витальевна и Снегурочка с подбитым глазом. Все они пристально смотрели на виновника творившегося безобразия.
- Слезай, паразит, - прошипела Снегурочка, утирая нос рукавичкой. – Слезай, а не то следующая твоя станция будет неотложной, а к следующему
Новому году ты сам у себя будешь – в качестве подарка – просить дантиста.
- Это почему в качестве подарка? – заломил бровь Дед.
- Да потому, что на то, что б восстановить челюсть по кусочкам, денег у тебя нет! Ты понял? Слазь, кому сказала!
- Нервная ты, - Дед Мороз беззаботно болтал ножкой. – Лечиться надо. И пятачок приложить к глазу. А то светишь, как Александрийский маяк в
исполнении Церителли – и смотреть больно, и глаз отвести нельзя.
Снегурочка, дико взвыв, бросилась на ель, и, вцепившись зубами в кору, попыталась перегрызть дерево. Её оттащили дети. Пьяная Антонина
Витальевна тем временем счастливо кружилась в танце.
- Психопатка, - радостно взвизгнул Дед Мороз, кинул в Снегурку шишкой и, достав из кармана губную гармошку, принялся насвистывать какой-то
милый полузабытый нацистский марш.
- Ты – труп! – бесновалась Снегурочка, продолжая биться в крепких руках детей.
- Бе-бе-бе, - подло хихикнул Дед Мороз и показал окружающим язык. Язык был красным, дерзким, и за него очень хотелось дёрнуть.
- Может, его табуреткой сбить? - с надеждой спросил мальчик одетый в костюм медвежонка. – У нас есть отличная табуретка ручной работы,
настоящая, из дерева.
Там ещё такой замечательный гвоздик торчит.
- А она тяжелая? – озабочено поинтересовалась Снегурка.
- Тяжёлая, - нервно дёрнулись сразу несколько забинтованых детей. – Килограмм пять. Это если без гвоздя, - добавил толстый ребёнок
неопределённого пола, замаскированный под колобка. – С гвоздём семь.
- Тогда не долетит, - Снегурочка сунула руки в карманы и разочаровано пнула подвернувшийся под ногу мячик. Мимо неё, радостно блея, проползла на четвереньках Антонина Витальевна. Коллектив проводил её взглядом, затем вновь уставился на Деда Мороза. Тот беззаботно продолжал распевать песни.
- А ракетный двигатель если нацепить? – умный мальчик в очках протянул Снегурочке схему, с корнем выдраную из учебника юного анархиста.
- Дороговато выйдет, - потёрла она лоб. – Целый двигатель – да на какого-то старого хрыча. Да и табуретку жалко.
- Может, из ружья его? – спросил кто-то, ковыряясь в носу.
- Ружьё есть? – живо спросила Снегурочка. Дети пожали плечами.
- Или спилить… - задумчиво протянула девочка с косичками под Юлию Тимошенко.
Косичек почему-то было две. Девочка – одна.
- Нет, нет, ни за что! Я хочу ёлочку! - капризно топнула ногой Антонина Витальевна, свернулась в клубочек среди подарков и заснула. Её
заботливо накрыли покрывалом и оттащили за ноги в уголок. Дед Мороз продолжал над всеми глумиться, раскачиваясь, подобно Кинг Конгу, и
выкрикивая во тьму матерные частушки. Дети их старательно записывали.
- Где же он выпивку то берёт? – яростно бормотала сквозь сжатые губы Снегурочку, уклоняясь от очередной бутылки из-под шампанского.
- У него там гнездо, - девочка в костюме снежинки ловко отскочила в сторону от летящей в неё ёлочной игрушки и спряталась за плюшевым слоном. – Две недели вил. Вот и успел натаскать.
На западе Финляндии, примерно в четырехстах километрах от Хельсинки, расположено местечко
под названием Алахярма. Там прошел смотр самых красивых скандинавских грузовиков — Power Truck Show.
Женщина нарушила ПДД, после остановки ее ГИБДДшниками, она закатила истерику.
Эта новость заняла вчера 1е место на Пикабу.ру.
Россиянка Виктория Радочинская стала победительницей конкурса «Миссис мира 2009»,
финал которого состоялся вечером в воскресенье, 22 ноября, в курортном городе Вунгтау во Вьетнаме.
Это вторая часть китайских гангстеров, первую часть смотрите здесь.
Лидер пионеров новой волны певец и музыкант Пит Бернс (Pete Burns) внезапно стал женщиной,
потратив целое состояние на многочисленные операции, теперь он просто некрасивая тетка.
Мои похороны
Нет, вот вы мне скажыте, чем я хужэ Михаила Джексона? Па-моему я очинь даже песдатый чел (не путать с понятием «песдоватый»! Хотя и это есть
немнога).
Я ж, кстати, песдец какой талантливы и обаятельны. А по чясти скромности – совсем уж мало, кто может со мной сравницца.
Потому что я ахуеть какой скромны!! А еще я очень красивы. И умны.
И кстате, совсем не перекрасившаяся негра, а фполне европейского цвета кожи с лехкими арийскими оттенками.
А вот поди ж ты – он тебе и король попа, и пачитателей у него хуева туча, прям как у Багирова, разве что чуть-чуть поменьше. А у меня
пачитателей нет ваще. Ну и хуй с ним. Мне не надо пачитателей. Или я пачитателям не нужен? В принципе одно и то же.
И вот типерь он умир.
И похоронили его в залатом гробеке. (По другим источникам – в бронзовом, но с пазалотой.)
На похороны продавале билетеги.
Был празднечны фейерверг.
Пасетителей было чуть больше, чем на тризне принцессы Дианы.
Гы! А я почему этого не заслуживаю?
Вот я себе прецтавил: а вот когда я кони двину – какие у меня будут похороны?
А я себе прецтавил.
Во-первых, на мои похороны обизательно придут все мои женщины.
Ну, в смысле, которых я ибал или хотя бы драчил на них.
Это будет интересна.
И обязательно приглашу Изабеллу Марковну. Они фсе будут обсуждать, какая моя любимайя поза.
А одна из них скажет: «а Он меня ибал типа раком, но подлез немного снизу и набрызгал мне потом на сисьги!»
А другая скажет: «а мне он давал в ротег на балкончиге, когда остальные просто бухали в комнате, и кончел мне на очьки, потому что мы играли в босса и секретаршу, а потом на балкончег зашел (вычеркнуто цензурой) и охуел, пытался мне тут же в жопу присунуть, а я не дала – я ж не блять какая-то!!!»
И все они будут в траурных вуалях и промокать влажные глаза накрахмаленными платочьками…
Во-вторых, у меня на похоронах будед весила.
Например выйдет (вычеркнуто цензурой) и скажет: «мы на похоронАх или нуего нАх???» И все будут смеяцца и бухать.
А потом рюмку тоста возьмет (вычеркнуто цензурой) и скажет: «а ведь Он был неплохим челом – он однажды, когда мы были на рыбалке, так пернул, что на соседней турбазе подумали, что хор Турецкого Моцарта в оригинале исполняет!»
И все тут же начнут ржать и пердеть наперегонки.
А в-третьих, у меня на похоронах все будут чокаца и пить за здравие. А потом встанет унылый еблан (вычеркнуто цензурой) и скажет: «а помянем
Кома», а все ему: «пошел на хуй!», потому что будет весело и кругом сплошной позитив.
Ну потом, ясно, все нажруца ф сардэльку и пойдет нормальная пьянка.
