Что Рютте ответил Зеленскому?

Вообще-то, Рютте было что ответить: в 2016 году в Нидерландах был проведен референдум об утверждении Соглашения об ассоциации между Европейским союзом и украиной. На референдуме гражданам было предложено ответить на вопрос: «Вы за или против ратификации Соглашения об ассоциации между Европейским союзом и украиной?». 62 процента голландцев проголосовало против.

Помните тот украинский ажиотаж, велопробег по сонным голландским городкам, многочисленные митинги на тихих площадях Амстердама и Гааги, где наши меньшие братья предстали во все своей майданной красе? По-моему, с тех пор в Нидерландах сочетание жовто-блакитных цветов подсознательно вызывает тревогу, а гордый СУГС у некоторых особо впечатлительных женщин — преждевременные роды. Даже если они не беременны.

Если бы не шумный десант из Киева, скорее всего, голландцы не были бы против союза с украинцами. Потому что в те теперь уже далекие времена большинство европейцев одобряло майдан, случившийся где-то далеко на востоке. И тут весь этот балаган приехал прямо к ним, вольготно расположился на средневековых мостовых и начал требовать большой любви. Чопорные местные бюргеры к большой любви прямо при всех, на первом же свидании были явно не готовы.

Поэтому когда в декабре 2016 года главы государств – членов ЕС собрались, чтобы одобрить Соглашение об ассоциации с украиной, премьер Нидерландов настоял, чтобы в преамбуле решения было записано:

«…Принимая к сведению результаты референдума в Нидерландах 6 апреля 2016 года по законопроекту, одобряющему Соглашение об ассоциации ЕС – украина, и обеспокоенности, выраженные перед референдумом, как представлено премьер-министром Королевства Нидерландов,

Желая снять эти обеспокоенности в полном соответствии с Соглашением об ассоциации ЕС – украина и договорами ЕС и в соответствии с целью ЕС по углублению отношений с украиной…»

А первый пункт документа был сформулирован самим Марком Рютте (иначе грозился ничего не подписывать):

«Нацеленное на установление тесных и долгосрочных отношений между сторонами Соглашения на основе общих ценностей, Соглашение не предоставляет украине статуса страны-кандидата на вступление в Союз и не представляет собой обязательства предоставить этот статус украине в будущем».

За эту формулировку Марк Рютте бился, как лев, ибо понимал, что иначе домой ему лучше не возвращаться — слишком свежи были воспоминания. Полагаю, что общественное мнение в Нидерландах с тех пор если и изменилось, то в худшую для украинцев сторону, потому что потом был принят безвиз, и хлопцы с девчатами расползлись по всей Европе, включая Голландию.

А после начала спецоперации и нескольких волн беженцев от жителей незалэжной державы реально стали уставать. И, полагаю, даже постепенно начали понимать Россию, которая одна может унять это бесноватое стадо — сами европейцы справиться с ним не в силах.

Поэтому трудно сказать, что ответил премьер-министр Нидерландов Зеленскому. Но, думаю, ушел от ответа. Ибо предполагал, что украинский президент должен знать позицию Марка Рютте и в целом Нидерландов по животрепещущему вопросу: никакой украины в Евросоюзе никогда не будет. Пусть хоть миллионы реформ проведет.

Зря Зеленский нарывается на прямой ответ. Он ему не понравится.

Скажу больше: в том же документе есть еще один пункт, о котором украинцам следовало бы помнить:

«Соглашение подтверждает сотрудничество с украиной в сфере безопасности, в частности в том, что касается предотвращения конфликтов, кризисного регулирования и нераспространения оружия массового уничтожения. Оно не содержит обязательство Союза или его стран-членов предоставлять коллективные гарантии безопасности или другую военную помощь или содействие украине».

Так что помощь оружием, которую все еще оказывают европейские страны, — это чистая благотворительность. В любой момент краник прикрутят, как фитиль газовой горелки. Что, судя по последним утечкам, уже происходит.

Не хотят европейцы оказаться на стороне проигравших. Как бы самим не перепало.