Отто Вильгельмович Куусинен

Отто Куусинен и развал СССР

В организации Октябрьской революции 1917 года винят всех, кого только можно, но в пёстром и воистину бесконечном списке редко упоминаются представители Великого княжества Финляндского. Хотя Финляндия, паразитический нарост на теле Российской империи, в течение столетия греющаяся за пазухой великого государства, имела всё, что нужно для нормальной жизни — отлаженную экономику, валюту, законодательство, таможню, национальную элиту… и при этом неустанно совершала подкоп под фундамент российской государственности.

Левый марш

Через Финляндию в Россию контрабандой шли грузы с подпольной литературой и оружием, там отсиживались самые опасные революционеры и проводились съезды всякого сброда. Образно говоря, существование бок о бок России с Финляндией напоминало жизнь по соседству с человеком с часовой бомбой в кармане, которая рано или поздно взорвётся.

Отто Куусинен, родившийся в 1881 году в финской деревне Лаукаа, был одной из деталей этой бомбы. Деталью отличной выделки и прочности, которая неоднократно приводила в действие смертоносный механизм, но сама при этом оставалась неповреждённой.

Если бы все те россказни, которыми финны обычно оправдывали ненависть к России, были правдой, то сын бедного деревенского портного, которым являлся Отто Вилле (это потом он стал Отто Вильгельмовичем), вряд ли бы окончил престижную гимназию. Мать Отто умерла, когда ему был год, отец — в год его 18-летия. Тем не менее круглый сирота Куусинен всё же получил образование. И образование отменное! Его гимназическими однокашниками были Эдвард Гюллинг, будущий депутат парламента, Мартти Коверо, будущий директор Главного управления статистики, Суло Вуолийоки, адвокат и депутат парламента, будущий юрист Эйнар Дапьстрём. Эти люди впоследствии стали финской элитой. И Отто, выросший вместе с ними, жаждал эту элиту истребить!

Впрочем, учась в гимназии, сын портного никогда не заявлял о своих намерениях. Он был очень предусмотрителен и практичен. Обладая явным литературным талантом, не погрузился в мир грёз, а поступил в Императорский Александровский университет, где изучал философию и историю. Обучение оплачивала Сайма Дальстрём, родная сестра его гимназического товарища Эйнара, — на богатой девушке Отто женился в 1902 году. Сайма родила ему пятерых детей, но это не помешало Куусинену бросить её в 1923 году и ещё дважды жениться.

В грозовом 1904 году Отто занесло в Социал-демократическую партию. А уже в 1908 году он стал депутатом парламента! Казалось бы, вот она — дорога, ведущая к успеху. Хотя он явно мечтал о чем-то большем и с каждым годом сдвигался «влево». Туда, где сидели апологеты революции и национальной независимости.

Несостоявшийся отец

С началом Февральской революции 1917 года финская власть откровенно растерялась. А большевики и вовсе спутали все карты! Оказалось, что независимость — это не только пьянящее чувство свободы, но и желание этой свободой распорядиться по своему усмотрению. А распоряжаться свободой в Финляндии вознамерились две силы: сторонники Сената и Совет народных уполномоченных, революционное правительство, в которое входил и товарищ Отто. Хотя предусмотрительный и осторожный Куусинен, невзирая на свой авторитет, занял всего лишь должность руководителя департамента просвещения. Имея под рукой отряды Красной гвардии, Куусинен с товарищами прошляпили момент, когда можно было захватить власть. В январе 1918 года в Финляндии разразилась гражданская война. Итог известен — Куусинену и Совету народных уполномоченных пришлось уносить ноги. Причём Отто Вильгельмович убежал первым, бросив на произвол судьбы партию, жену и пятерых детей.

Этот позорный факт не остался незамеченным.

В 1927 году, когда горячий финн громил на заседании исполкома Коминтерна Льва Троцкого, требуя его исключения, «демон революции» язвительно отметил: «Герой финляндской революции учит меня большевизму и ленинизму…». Он намекнул на то, что у Куусинену был шанс стать «отцом финской революции», но он его, мягко говоря, упустил.

Будем справедливы, Отто Вильгельмович, в 1918 соду ставший создателем Коммунистической партии Финляндии, в 1919 году нелегально вернулся на родину. Ему поручили создание Социалистической рабочей партии (на самом деле, коммунистической). Но в 1920 году полиция вышла на его след. И тут случилась удивительная история, в которой до сих пор ничего не ясно. Куусинен сбежал в Швецию, хотя официально было заявлено, что он погиб во время перехода по льду Ботнического залива.

О том, что курилка жив и прекрасно себя чувствует, не знали даже его близкие друзья. Желая увековечить его память, в Петрограде создали «Клуб имени Куусинена». И там в августе 1920 года финские красные курсанты расстреляли 8 руководителей компартии Финляндии. Куусинена в этот момент в городе не было, хотя в массовом убийстве выжившие соратники обвинили Отто Вильгельмовича. Они считали, что он работал на финскую тайную полицию и «сдал» их с потрохами.

Премьер «ФДР»

Была ли в этих обвинениях крупица истины, сказать сложно: биография Куусинена имеет много белых пятен. Недаром уже в 1921 году Ленин, лично знающий Куусинена, рекомендовал его для работы в исполкоме Коминтерна.

Это был штаб крупнейшей террористической мировой организации. Агенты Коминтерна совершали диверсии, убийства, похищения, занимались банковскими афёрами, шантажом и провокациями. В 1922 году Отто уже член Президиума ИККИ. Чем он все эти годы занимался, покрыто мраком. Но, видно, он делал всё, чтобы уцелеть. Потому что в 1930-е годы, когда под катком репрессий погибли всего его товарищи по партии, Куусинен сумел выжить. Может быть, потому, что, по свидетельству его второй жены, Айно Куусинен, Отто больше всего хотел «взять власть в Финляндии, а впоследствии стать «проконсулом» всей Скандинавии».

В 1939 году его мечта почти сбылась. 30 ноября 1939 года Финляндия напала на СССР, а 1 декабря Куусинен, прибыв в занятый Красной армией Териоки, заявил о создании «Народного правительства Финляндии». В его состав вошли несколько финских граждан, проживавших в СССР, а пост министра сельского хозяйства занял некто Павел Прокофьев, гражданин СССР, которому тут же сменили имя и фамилию на Пааво Прокконен. Как премьер-министр этого мифического государства Куусинен подписал «Договор о взаимопомощи и дружбе с Финляндией». В результате этого СССР как бы узаконил своё вторжение в Страну тысячи озёр.

Но авантюра вскоре провалилась, и Сталин взамен, словно в издёвку, поставил

Куусинена руководить вновь созданной Карело-Финской ССР, куда вошли территории, переданные Финляндией по итогам Зимней войны 1939-1940 годов.

Но скоро началась война, и руководить этим странным образованием Куусинен стал только в 1944 году, когда её освободили. Руководителем он был нетипичным: жил в Москве, приезжал в Петрозаводск только на сессии парламента и на выборы и жил в гостинице. Словно артист на гастролях. Его вклад в жизнь республики был равен нулю. Можно вспомнить разве что издание «Калевалы», которым Куусинен занимался с большой страстью.

После войны Отто Вильгельмович, хоть и занимал кучу должностей — член ЦК, член Президиума ЦК (Политбюро), член Академии наук, — в основном занимался написанием теоретических работ. Хотя, говорят, именно он воспитал и дал дорогу в большую политику Юрию Андропову — такому же загадочному человеку с мутной биографией и неясными жизненными целями.

Как бы там ни было, мельница Сампо в течение всей жизни Куусинена, скончавшегося в 1964 году и захороненного в Кремлёвской стене, усердно молола зерно, превращая его в бесконечный поток должностей, наград, привилегий, любовниц и прочих удовольствий.

А когда подул ветер перемен, вся эта мукомольная пыль взметнулась в воздух и куда-то унеслась.

Даже вспомнить нечего…

Как Отто Куусинен развалил СССР - доказательства

Наверное, поворотным пунктом и началом последнего взлёта карьеры Куусинена можно считать 1956 год — год, когда по Советскому Союзу были нанесены два страшных удара. Первый — доклад Хрущёва о разоблачении «культа личности» на 20-м съезде КПСС. Второй — антисоветское восстание в Венгрии, эффективно подавленное нашими войсками.

Именно Куусинен принимает живейшее участие в подготовке того доклада. Он мстит мёртвому Сталину за обманутые надежды. Угрюмый, затаивший злобу угро-финн всё-таки дождался своего часа. Доклад Хрущёва, направленный на развенчание Сталина и его эпохи, стал тяжелейшей раной, нанесённой делу Красной империи. Он привёл к тому, что сотни миллионов людей как за рубежом, так и в собственной стране отшатнулись от всего советского со страхом и ужасом.

Он обессмыслил принесённые жертвы. Он посеял семена будущего развала. Падение престижа СССР было огромным. Хотя благодаря впечатляющим успехам к космосе и в экономике его удастся восстановить в 1960-е, события 1968 года в Чехословакии окончательно обрушат светлый образ нашей страны. И именно Куусинен приложил руку к этому роковому докладу, после смерти Сталина выдвинувшись в главные коммунистические идеологи Советского Союза.

После Сталина наш герой становится членом Академии наук СССР, не имея никаких научных достижений. Выступает автором учебника «Основы марксизма-ленинизма», который в 1958 году писала группа молодых, прозападно настроенных экспертов, в числе коих был и незабвенный Фёдор Бурлацкий. Кстати, именно он предложил поддержанный Куусиненом тезис о перерастании диктатуры пролетариата в общенародное государство. Отто Вильгельмовича делают Героем социалистического труда. Он входит в партийный ареопаг — выступает как член Политбюро ЦК КПСС.

Он-то растёт — а вот страна начинает падать.

XX съезд КПСС стал самоубийственным для СССР шагом. Особенно в сочетании с жестоким подавлением венгров в тот же год. Москва тем самым сказала миру: «Да, я жестокая, кровавая и бессмысленная, моя недавняя история — суть маниакальная жестокость и сплошной ГУЛАГ; кошмар, который нужно поскорее забыть». Происходит отказ от сталинского духа: мы — лучшие в мире, мы можем построить жизнь лучше западной — и Западу придётся нас догонять. Мы ещё бедны, но в социальном отношении — впереди всего человечества. Наоборот, после XX съезда всей стране прививается комплекс национальной неполноценности. Это нам нужно догонять Запад, ибо мы — всего лишь ухудшенная его модель. Не нужно творить самим: надо лишь рабски копировать западные достижения.

Уходит дух Победы 1945 года, когда русские получили уверенность: «Мы можем всё!». Теперь же, наоборот, начинает исподволь насаждаться дух преклонения перед Западом. Один их куусинено-андроповских выдвиженцев тех времён, будущий прораб горбачёвской перестройки Фёдор Бурлацкий, слегка кокетничая, вспоминает: «В 1956 году пятьсот человек из различных партийных учреждений, главным образом из печати, были усажены на теплоход «Победа» и проехали от Одессы до Ленинграда. Я впервые увидел Европу, её архитектуру, её дороги, её театры, людей. Все, что писалось у нас о Западе, выглядело дикой ложью.

Домой вернулся законченным западником. Я был молод, смел, неосторожен, хотя в то горячее время призадуматься было над чем. Прочитав мои теории о возможности мирного перехода западных стран к социализму, главный идеолог Суслов высказался коротко и ясно: статья односторонняя, может быть мирный путь, но может быть и немирный путь. Несмотря на это, меня стали приглашать сразу в два отдела ЦК: к Пономарёву, по международным делам, и к Андропову, по странам социализма. Встреча с Андроповым оказалась главной, но и роковой для всей моей жизни…».

Таким образом, перед нами — поверхностный человечек, который впал в прозападный раж, едва увидев поверхностную, парадную сторону европейской жизни. Он не понимает, что Россия в 1917 году пережила страшную цивилизационную катастрофу, что она тогда превратилась в обречённую страну — и Сталину пришлось выволакивать её буквально с того света за волосы. Он не хочет даже допустить мысли о том, что русские с их громадным творческим потенциалом способны создать цивилизацию более совершенную и качественную, чем западная. Которая, кстати, в 20-м веке не переживала катастрофы, подобной той, что постигла нас.

Именно такие люди приходят в идеологический аппарат ЦК КПСС при Куусинене. Помните, какую роль сыграл в крушении страны и сдаче её позиций директор Института США и Канады, верный горбачевец Георгий Арбатов? Давайте проследим его путь. Сын старого большевика и работника Наркомвнешторга, он заканчивает факультет международных отношений МГУ (будущий МГИМО). После — работает в Издательстве литературы на иностранных языках, потом уходит в журнал «Вопросы философии», затем переходит в англоязычный журнал (детище Куусинена) «The New Times».

Он формально принадлежит ВЦСПС (советским профсоюзам) и используется для рискованных публикаций «на экспорт», которые неуместны для партийно-государственной прессы СССР. Именно там Арбатов замечен Куусиненом, становится его консультантом (интересно, где это Арьатов успевает набраться недюжинного опыта с международных делах?), работает в журналах «Коммунист», «Проблемы мира и социализма», в Институте мировой экономики и международных отношений. А в мае 1964 года Г. Арбатова забирает к себе ближайший соратник Куусинена — секретарь ЦК КПСС, курирующий отношения с социалистическими странами: Юрий Андропов. Вокруг него начинают кучковаться будущие горбачёвцы и перестройщики: Олег Богомолов, Александр Бовин, тот же Фёдор Бурлацкий.

А до этого Куусинен вовсю двигает вперёд Ю. Андропова. 1954-1957 годы — Андропов работает послом в Венгрии. Потом он последовательно становится главой отдела социалистических стран ЦК КПСС, членом ЦК, затем — секретарём Центрального комитета. Куусинен и Андропов открывают дорогу Ф.Бурлацкому, Г.Бовину и другим «экспертам», проникнутым прозападными настроениями и совершенно не знающим реальной жизни в стране, никогда не занимавшим ответственных постов там, где требовалось реальное дело и реальные результаты. Начинает складываться «референтократия» — власть всяких помощников и авторов докладов для первых лиц, каковые никогда в жизни не работали в реальных проектах вроде Атомного, но обладали бойким пером и огромным самомнением (продолжение той же тенденции — современная «сурковщина»). Эти деятели судили о Западе по туристическим поездкам, ничего своего придумать не могли и только млели перед новомодными теориями, идущими с того же Запада.

Таков был самый горький плод «исторического» XX съезда, к каковому приложил руку незабвенный Отто Куусинен. Именно он в 1950-е годы начинает определять идеологию СССР. Становится членом президиума и секретариата КПСС. По предложениям Куусинена и его присных в 1959-1961 гг. разрабатывается новая программа партии (коммунизм — к 1980 году). Начинается пора самых левацких, троцкистско-кавалерийских «реформ» в экономике и социальной сфере. Залихватски ликвидируются частно-кооперативный сектор в экономике, приусадебные хозяйства колхозников, начинается тупая «давай-давай!» конверсия в ВПК. Без всякой подготовки сокращаются Вооружённые силы, причём никто не заботится о трудоустройстве уволенных офицеров. Под нож идут новые корабли и боевые самолёты: происходит некая «горбостройка-1».

При этом огромные ресурсы вбухиваются в распашку казахстанских степей (эпопея целины) — вместо того, чтобы быть инвестированными в черноземный пояс Украины и РСФСР, в Причерноморье, Орловщину, Кубань и Ставрополье. При том, что урожайность на целине падает, ветры в Казахстане уносят плодородный слой земли, собранное зерно негде хранить и нечем вывозить. Разворачивается и позорно-идиотская «кукурузная истерия».

На место вдумчивых преобразований в экономике приходит «красногвардейская атака» на проблемы. Страна принимается завозить зерно из-за рубежа. Создаётся шизофрения: всё ещё самоотверженно работают технократы и творцы, обеспечивая колоссальные успехи СССР в энергетике, строительстве, химии, металлурги, атомной отрасли, в космосе, в образовании. Они поднимают всё новые и новые промышленные гиганты, создают передовую на тот момент вычислительную технику и т.д.

С другой — во власти заводятся черви гниения, которые обслуживают власть. Она принимает идиотские решения — и эти же черви, мастурбируя на картинки Запада, критикуют систему за неэффективность. Складывается «пятая колонна» будущих разрушителей Союза. Грядущий соратник Горбачёва и Ельцина, идеологический чиновник ЦК КПСС Александр Яковлев в 1958-1959 году едет «стажироваться» в Колумбийский университет (Вашингтон), в средоточие американского масонства и разведслужб. Вот только в чём он ехал стажироваться-то? Вместе с ним туда же на стажировку едет будущий генерал КГБ Олег Калугин. Потом он станет двигаться по служебной лестнице Андроповым. Надеюсь, все помнят, что потом сделает Калугин…

Вот что выходит из «шинели Куусинена» в те годы.

Мастер поражений Куусинен

Куусинен при Хрущёве участвовал и в формировании внешнеполитического курса страны во время кубинского ракетного кризиса 1962 года. В этот момент вбивается клин между СССР и Китаем, раскалывается их геополитический блок — и СССР получает «второй фронт» противостояния на Дальнем Востоке.

Именно тогда закладываются основы самой самоубийственной для СССР левацкой внешней политики. На смену национально-государственным интересам приходит дурацкая идеология. Огромные ресурсы вбухиваются в третий мир и тамошних «строителей социализма» — вместо того, чтобы строить реально лучшую жизнь у себя дома (Ведь это было бы лучшим оружием СССР в борьбе за мировую гегемонию — вспомним, как картины уютной Европы превращали наших бурлацких в поклонников Запада).

Москва начинает поддерживать слом западноевропейских колониальных империй, хотя в наших интересах было бы их сохранение. Ведь тем самым объективно открывалась дорога экспансии доллара и американского капитала. Зато оказалась похороненной сталинская идея: создания альтернативы доллару в виде резервно-расчётной мегавалюты стран советского блока и присоединившихся к нему стран Азии и Европы.

СССР превращается в дойную корову для хитрецов из третьего мира.

Нам скажут, что нельзя вешать всех собак на несчастного Отто Вильгельмовича, умершего от рака в мае 1964 г. Что дурацкие решения в экономике принимали совсем иные люди. Ну хорошо, возьмём тогда сферу прямой ответственности Куусинена в его послесталинский период жизни. Идеологию. Пропаганду и агитацию. А если говорит в общем — создание смыслов для страны. Что мы здесь видим?

Полный провал! В идеологии с 1950-х годов идёт откровенная сдача позиций Западу. Вместо живого слова и новых форм работы — начётничество. США начинают экспорт в СССР не только мод и стилей, а своих смыслов, цивилизационного кода. Идеологи Союза оказываются бессильными дать собственной молодёжи образцы альтернативной молодёжной моды, музыки, новых форм досуга. Стиляги в столицах и больших городах торжествуют над комсомольцами. Джаз, бит и рок-н-ролл захватывают морально-психологическое господство. И хотя русские ещё смотрят прекрасные советские фильмы, гордятся достижениями страны в космосе, взахлёб читают книги — «репортажи из будущего», перелом в худшую сторону происходит. Часть молодёжи уже устраивает пляски голыми на кладбищах. Казалось, титанический гений Ивана Ефремова может дать новую жизнь Красному смыслу. Но его возможности не используют и на 10 процентов, великолепная фантастическая литература СССР низводится на положение Золушки.

А в среде молодых интеллектуалов «при ЦК КПСС» уже начинается повальное увлечение импортными обществоведческими и экономическими теориями. Своего придумать они не могут — и уже покоряются интеллекту противника.

Таким образом, при Куусинене-идеологе мы получаем первое идеологическое поражение. В стране поселяются интеллектуальные «вирусы» разложения, распада, национальной неполноценности. За Кусиненом идёт новая поросль «интеллектуалов» — «прорабов развала». С Юрием Андроповым во главе…