Марш-бросок на Слатину

После начала боевых действий между Югославской армией и Армией Освобождения Косова Белград начали обвинять в этнических чистках. НАТО потребовало вывести сербские подразделения из Косова, планируя разместить там свои силы. Югославия не выполнила ультиматум. Самолеты НАТО бомбардировали позиции югославских войск в Косове, Белграде и других городах, в результате которых погибло более 2000 человек.

" ...На тот момент никто не понимал, что значил этот марш-бросок для политического имиджа России, на мой взгляд человека гражданского это была нормальная операция. Тогда группировка миротворческих сил, в которой состояла Россия, находилась в Боснии и называлась SFOR. В Косово стояла другая группировка — KFOR, там наших миротворцев не было.
Когда Россия узнала о планах НАТО, Косово уже было поделено на зоны ответственности. Аэропорт Слатина как важный стратегический пункт в любой операции был предназначен для войск НАТО, но контролировался англичанами..."

Ввод сухопутных войск НАТО был запланирован на 12 июня 1999 года, а аэродром Слатина должен был стать главным транспортным и стратегическим узлом альянса. Позиция России, которая поддерживала сербов и выступала за целостность Югославии, и в расчет не принималась.

"...В итоге Россия решилась на скрытный манёвр. В разработке операции принимали участие лично Борис Ельцин, генерал Квашнин, маршал Родионов и генерал Заварзин. Президент РФ принял решение, и наши бойцы пошли, хотя, насколько я знаю, марш мог не состояться, потому что его на полдороги хотели свернуть, так как это могло быть расценено как нарушение международных договорённостей..."

До сих пор мировые спецы не могут понять, как «200 русских спартанцев» смогли за считанные часы преодолеть 620 километров и взять под контроль один из крупнейших аэропортов Европы. Еще до вступления основных сил на аэродром прибыли разведчики Юнус-Бека Евкурова — ныне главы Ингушетии, а тогда майора ВДВ.

"...Наши десантники скрытно выдвинулись к границе Сербии. Накануне у них был дружеский вечер с американцами, а какая встреча обходится без русской водки и русского гостеприимства? Десантники народ крепкий и мудрый, поэтому они сразу после этого спокойно приготовились к марш-броску на Косово, а американцы, говорят, не могли опомниться дня три..."

На подготовку к маршу десантникам выделили всего 8 часов. Колонна из 15 БТРов и 35 грузовиков достигли цели в 2 часа ночи. Сразу после пересечения границы между Боснией и Сербией над машинами были подняты российские флаги.

"...До границы было около 800 километров, российские десантники прошли их за 10 часов, для них это не проблема. Но как выдвинуться скрытно? Ведь по всем правилам русские миротворцы, согласно мандатам ООН, были определены в состав международных миротворческих сил в Боснии и Герцеговине (SFOR), а в косовской группировке (KFOR) наших быть не должно было.
Нужно было усыпить бдительность полицейских и международных инспекций. Российские военные на своей броне, на тринадцати БТРах, там, где было написано SFOR, замазали S зелёной краской и написали букву K. Так они стали косовскими миротворцами..."

В час ночи десантники пришли в Приштину — все население высыпало на улицы, сербы ликовали. На броню летели охапки цветов, сорванные тут же, на городских клумбах, воздух разрывали автоматные очереди — салюты в честь русских парней. Десантники должны были взять аэродром к 5 часам утра. К этому времени его оставляли подразделения сербской армии и подходила английская бригада. Десантники опередили англичан на полтора часа.

"...Оказывается, в городе Приштина, столице Косово, и сербы, и албанцы, как только узнали, что границу Боснии и Сербии перешли наши войска, оборвали все клумбы. Они стояли с почти российскими флагами (у них же флаг похож, они просто переворачивали свой), стреляли в воздух, засыпали наши БТР цветами. Были все, вплоть до цыган, это был праздник: «русские поддержали, русские прибыли...»

Спустя немного времени стало известно, что письменного приказа Верховного Главнокомандующего и министра обороны на марш-бросок ВДВ в Слатину несуществовало. Многие подробности спецоперации до сих пор засекречены. Ходили слухи, что план предварительно обсуждался с министром обороны Игорем Сергеевым, министром иностранных дел Игорем Ивановым и с Борисом Ельциным. О марш-броске не поставили в известность даже начальника Генштаба Анатолия Квашнина.

"...Мир содрогнулся от дерзости. От поступка ВДВ, когда русские мужики вошли в Косово, доказали, что они способны на всё, что с нами нужно считаться..."

Узнав о происходящем, Квашнин якобы позвонил генералу Виктору Заварзину, приказав повернуть колонну и возвращаться на базу российских миротворческих сил в Боснию и Герцеговину. Но десантники проявили завидную смекалку, отключив связь, и продолжали движение, объяснив потом, что разговор сделали невозможным сильные помехи. Квашнин пытался связаться с Ельциным, но глава кремлевской администрации Александр Волошин, сказал, что президент спит, и от своего имени дал добро на продолжение марша.

Командующий войсками НАТО генерал Уэсли Кларк приказал уничтожить десантников, президент США Билл Клинтон обещал нанести бомбовый удар, и только командующий сухопутными войсками НАТО в Европе, английский генерал Майкл Джексон заявил, получив десятки приказов, что он не готов начинать третью мировую войну.

"...Англичане сначала были в стороне. Когда ночью наши заняли Слатину, британцы пытались на бронетехнике войти в аэропорт. Руководил ими начальник сухопутной группировки НАТО на Балканах генерал Джексон. Была глубокая ночь, шёл дождь… Всё разрешилось за пару минут: просто вышел наш десантник с гранатомётом РПГ-7 и на русском десантном сказал: ещё одно движение, и я вас сожгу. Генерал понял всё без перевода. Так русский военный одним гранатомётом остановил танки..."

Похоже, многие испугались и в Москве. В министерстве иностранных дел пытались оправдаться перед англичанами и американцами. Как признался потом начальник штаба ВДВ генерал-лейтенант Николай Стаськов, утром 12 июня он понял, в какую аферу попал — ведь никто письменных распоряжений не давал. В штаб ВДВ уже ехала комиссия Генерального штаба — разбираться.

Но тут проснулся Борис Ельцин. Заслушав доклад Игоря Сергеева, Ельцин с характерной тягучей интонацией произнес: «Ну, наконец, я щелкнул по носу...». Кто-то поддакнул: «Вы, Борис Николаевич, не щелкнули, а врезали по физиономии!». Ельцин заключил Сергеева в объятия.

"...В Слатине на флагшток повесили российский флаг, англичане тоже хотели повесить свой. Подошли, спросили, десантники говорят: господа, сто баксов — и он там будет. Они отказались, нанимали машину, зашлагбили, правда, но дороже обошлось.
Рядом они расположили свой наблюдательный пункт. Приходили, расставляли столики, вешали флаг. Они сменили флагов 6, потому что наши десантники забирали флаг на сувениры. Руководство ничего не могло поделать. Англичане стали уносить флаг с собой..."

Через несколько дней генштабовским самолет прилетел в Слатину. Перед тем как приземлиться, мы открыли верхний люк и просунули в него российский флаг. Так и садились с развевающимся полотном. Надо было видеть слезы радости у десантников, которые ждали подкрепления с родины.

По плану операции, после захвата аэропорта на него в скором времени должны были совершить посадку военно-транспортные самолеты ВВС России, которые должны были перебросить не мене двух полков ВДВ и тяжелую военную технику.

"...Когда наш флаг появился в Косово, была политическая эйфория, человеческая надежда на то, что сейчас начнут садиться борты одни за другими, что сербам — нашим братушкам — помогут, что прекратится бомбардировка Югославии. Но впереди танков идут политики..."

Однако Венгрия (член НАТО) и Болгария (союзник НАТО) отказали России в представлении воздушного коридора, в результате 200 десантников на несколько дней остались один на один с прибывающими силами НАТО.

Лишь после в Косово прибыл ИЛ-76 с нашим миротворческим контингентом, военная техника и оборудование. Однако большая часть военнослужащих вошла в Косово по морскому маршруту, выгрузившись в греческом порту Салоники с больших десантных кораблей.

"...Скоро там появился российский воинский контингент, разместился наш штаб, мы расставляли тактические группы… Контингенты других стран, принимающих участие в миротворческой операции, заняли хорошие места, здания, разместились с комфортом. Наши мужики не растерялись, поставили палатки. С продовольствием было тяжеловато, но, кстати, англичане с такой завистью смотрели, как наши бойцы ели борщок, гречневую кашу, колбаску, они же сидели на сухом пайке..."

В 2003 году Москва вывела российских миротворцев из Косова и Боснии. Как заявил тогда начальник Генштаба Анатолий Квашнин, у России не осталось реальных интересов на Балканах, а 28 миллионов долларов в год, расходуемых на содержание миротворческого контингента, лучше потратить на другие военные нужды.