Страна, живущая за счёт России, но считающая русских вторым сортом

«Наша молодежь гибнет у нас на глазах»

О тяжелом социально-политическом кризисе в республике на выборах говорилось очень много. Вот как его характеризует один из кандидатов в вице-президенты (на нынешних выборах должны были баллотироваться «пары» политиков — президент плюс вице-президент) Давид Дасания: «Наша молодежь со стонами гибнет у нас на глазах от наркотического угара… коррупция захлестнула страну словно цунами, а власть бездействует,

Абхазии до коллапса, дефолта и полной гуманитарной деградации осталось совсем немного».

Дасания обратился ко всем активистам возглавляемого им международного проекта «Кавказ — наш общий дом» с предложением поддержать кандидата от оппозиции Алхаса Квицинию, сопредседателя партии «Амцахара». Именно он вместе с Хаджимбой вышел во второй тур президентских выборов.

Квициния и его сторонники на протяжении предвыборной кампании жестко критиковали тот курс, по которому Абхазию ведет действующий лидер. Крайне высокая зависимость от российских финансовых вливаний дестимулирует собственную абхазскую экономику и промышленность. Практически исчезли целые отрасли, которые некогда были драйверами развития региона, — например, табаководство или судоремонт.

Русские тут считаются людьми второго сорта

— Абхазия — это удивительный пример того, как хвост вертит собакой, — рассказывает старший эксперт Института экономической политики, член правления фонда «Либеральная миссия» Сергей Жаворонков. — Абхазский политический режим — это этнократия: то есть, между апсуа (как называют себя коренные жители) существует некое вооруженное равновесие и некое консенсусное мнение, что меньшинство должно подчиняться большинству, а вот русские, армяне, грузины считаются людьми второго сорта.

Республика живет на российские деньги, при этом русские в Абхазии являются гражданами второго сорта: не имеют права приобретать недвижимость и землю и подвергаются рейдерству (убийство Сергея Клемантовича, дело Игоря Варова и многие другие).

Поезжайте в Сухуми: в центре города стоят разрушенные здания железнодорожного вокзала и Верховного совета… Абхазы говорят что виновата война почти тридцатилетней давности. Но почему в Грузии нет таких зданий, а ведь там тоже стрельба была в 1992 году?!

Вместе с резкой деградацией абхазско-российских взаимоотношений проблемой страны являются также высокий уровень криминализации общества: в 250-тысячной стране происходит намного больше тяжких преступлений (убийств, разбойных нападений, похищений), чем в любом сопоставимом по размеру российском городе. МВД и прокуратура республики постоянно отчитываются об изъятии крупных партий наркотиков и огнестрельного оружия.

А, скажем, смертность на дорогах (25 смертей на сто тысяч населения в год) — на уровне таких экономически отсталых стран, как Ливия или Судан. Стоит напомнить, что в разгар курортного сезона произошли два смертельных ДТП с участием российских туристов: под Пицундой разбился автобус, а спустя всего три дня микроавтобус разбился в автомобильном тоннеле в Гагре. И до сих пор о результатах расследования уголовных дел ничего неизвестно!

Абхазские власти принимают решения в пользу клановых интересов

Защитой прав русского населения Абхазии занимается правозащитное движение «Русский голос». Его руководитель Михаил Панов говорит в беседе со «Свободной прессой», что сложившаяся в республике ситуация — закономерный итог девальвации власти:

— Президент Хаджимба не смог быть даже арбитром в историях, связанных с нарушениями прав (да и что там говорить, откровенным грабежом) инвесторов, в первую очередь российских, работавших в Абхазии. Думаю, это связано с тем, что он несамостоятельное лицо, а вынужден принимать решения в пользу клановых интересов или просто уличных крикунов. Достаточно вспомнить ситуацию с захватом завода в селе Лыхны: несмотря на все призывы (в том числе и из Москвы) президент Абхазии не сумел вмешаться в ситуацию.

Проблема, возникшая вокруг рейдерских захватов предприятий, и в первую очередь завода в Лыхны, и оказалась главным тормозом для развития российско-абхазских отношений. Когда это стало очевидно, на контакт с владельцами предприятия вышел председатель Госкомитета по управлению госимуществом и приватизации Вахтанг Пипия и начал угрожать своими «связями» с российскими силовыми структурами. Вот таков деловой «почерк» нынешнего руководства Абхазии, во всяком случае? в отношениях с российским бизнесом.

— Все кандидаты сходятся, все понимают необходимость обеспечения безопасности и борьбы с криминалом. Вопрос в том, имеют ли они некую программу такой борьбы, знают ли они необходимые меры и рычаги для улучшения ситуации. В этом большой вопрос, — рассказывает сотрудник Института востоковедения РАН Александр Скаков. — В целом, программы кандидатов не кажутся мне глубоко проработанными и детально прописанными: актуальность задач понимают все, но никто не знает, как именно их решать. Звучат, например, предложения, провести реформу МВД, судов, увеличить полномочия вице-президента. Но, учитывая нестабильность в обществе, я сомневаюсь, что кто-то пойдет на увеличение полномочий вице-президента. А все остальное — это пока лишь благие пожелания…